Книга Тайный сад в Париже, страница 114 – Софи Бомон

— За радость! – сказала Эмма, улыбаясь, и снова зазвенели бокалы.

— За надежду и новые начала! – произнесла Шарлотта; мысли у нее искрились, как шампанское.

Все выпили и за это.

— И все-таки это нужно сфотографировать, – решительно сказал Марк-Антуан.

Эмма и Шарлотта расположились позади сидящей на скамейке Матти, а Марк-Антуан поставил таймер на камере телефона.

— И еще тост! – объявила Эмма, когда он поспешно присоединился к ним, прежде чем сработал таймер.

— За цветы и бе́лок! – предложил Марк-Антуан, и все засмеялись и подняли бокалы. Камера запечатлела лица, полные дурацкого, чудесного веселья.

Все вернулись на свои места, и Шарлотта поняла, что сейчас как раз настал тот самый подходящий момент.

— У Ариэль появилась идея, – сказала она, глядя прямо на Эмму. – Что, если Эрику сначала позвоню я? Я его знала, и ему известно, что мы с Коринной были подругами – это может помочь сломать лед. Я только скажу ему, что ты дочь Коринны. И обязательно упомяну, что встречалась с Паскалем. Тогда он поймет: я знаю, что какое-то время они с твоей матерью были вместе. Как ты думаешь?

Эмма затаила дыхание. По лицам Матти и Марка-Антуана было видно, что им это предложение нравится, но принимать решение за нее они не станут. Последний прыжок она должна сделать сама. И вдруг она поняла, что она к нему готова.

Выдохнув, она достала телефон и переслала номера Шарлотте.

Марк-Антуан обнял ее за плечи, Матти взяла за руку, а Шарлотта набрала первый номер, поставив телефон на громкую связь.

Гудки шли, шли, шли – и вдруг, когда все уже думали, что звонок сейчас прервется, мужской голос ответил:

— Здравствуйте, я Эрик Перрен. С кем я говорю?

Голос был глубокий, медовый, с нотками местного акцента, который Эмма не определила. Она невольно вздрогнула, и Марк-Антуан крепче обнял ее за плечи.

— Здравствуй, Эрик, – ответила Шарлотта.

«Как это она так спокойно держится,– подумала Эмма. – У меня бы горло перехватило!»

— Я Шарлотта Мариньи. Не знаю, помнишь ли ты меня, но мы когда-то давно были с тобой знакомы, в ранней молодости. На Морване.

Секунда молчания, потом он ответил:

— Шарлотта! Помню. Ты была подругой Коринны.

Когда он произнес имя матери Эммы, у него… изменился голос? Эмме показалось, что она услышала что-то такое, что-то…

Но ни колебания, ни запинки в его голосе не было. И никакой неуверенности тоже.

— Именно так. – Казалось, Шарлотта слегка потеряла уверенность, будто бы не ожидала такой прямоты и отсутствия вопросов. – Одна моя подруга показала мне снимки с поездки на пасеку твоего друга, и я тебя узнала. Ну, вот она и дала мне твой телефон, и вот я звоню.

— И вот ты звонишь.

В его голосе прозвучал намек на улыбку.

— Как у тебя дела?

— Нормально, а у тебя?

— Тоже отлично. – Шарлотта перешла к делу. – Послушай, Эрик, понимаю, что это будет как гром с ясного неба, но из Австралии приехала дочь Коринны, живет в Париже у бабушки, и мы вот сейчас вспоминали старые времена. С Паскалем я тут тоже недавно виделась, и…

— Дочь Коринны приехала? – резко перебил Эрик, и тон его изменился. – А сама Коринна?

Шарлотта замялась, и в этот момент Эмма поняла, что дальше должна действовать сама. Она показала Шарлотте, что хочет взять трубку, потом набрала в грудь побольше воздуху: