Книга Кулинарная школа в Париже, страница 33 – Софи Бомон

* * *

У сырной лавки Габи с трудом сдержалась, чтобы не попросить Аню пойти прогуляться. Она отчаянно хотела поговорить с Максом, но никак не могла этого сделать, пока ее спутница продолжала что-то тараторить на смеси вполне неплохого французского и великолепного английского о погребах, и ферментации, и корках, и прочем в том же духе. Может, в Германии была развита молочная промышленность и все были хорошо знакомы с сыроделием? Габи этого не знала, и это, откровенно говоря, ее не заботило.

— Мадемуазель, что вы думаете? – Максу как-то удалось найти паузу в непрерывной болтовне Ани, чтобы обратиться к Габи.

Габи почувствовала, как вверх по спине крадется трепет. «Мадемуазель» – вот как он ее назвал, очень вежливо и формально, хотя вчера… Что и говорить!

— Думаю, вы очень хороши в том, чем занимаетесь, – кротко молвила она и почувствовала удовлетворение, увидев, как по его шее расползается легкий румянец.

— Рад, что вы так считаете, – ответил он, пристально взглянув на нее, – но вам решать, куда эта дорожка вас заведет.

— О, но мы так ценим ваше непредвзятое мнение, – встряла Аня, очевидно не подозревая никакого двойного подтекста в разговоре. – Как почетного члена гильдии сыроделов, – добавила она, и, казалось, была сбита с толку, когда Габи и Макс одновременно рассмеялись, сбивая градус напряжения между ними.

После этого, когда они наконец-то остановили свой выбор на нескольких сырах и Макс аккуратно упаковал их в вощеную бумагу, Габи ощутила невероятную легкость на душе. Она беспокоилась, что, встретившись с ним сегодня при будничных обстоятельствах в окружении всех этих людей, почувствует себя иначе. Или иначе себя почувствует он. Но нет. Она была невероятна, их связь на бессознательном уровне. Это было так неожиданно. Подобные вещи с ней не случались. Конечно, в прошлом и на ее долю выпадали интрижки и даже долгие отношения с писателем по имени Сэм, которые продлились пять не совсем счастливых лет, прежде чем окончательно выдохлись всего за год до того, как он перебрался в Перт. С тех пор она сторонилась связей, даже случайных. Габи знала, как некоторые люди это воспримут: что она потеряла свое либидо вместе со своей музой. Но она не считала, что все так просто. Было что-то еще, тормозящее ее. Скука, возможно, которую она испытывала с парнями, встречавшимися в ее обычных кругах. Или скука от всей этой истории со свиданиями. Или скука на постоянной основе…

Но Макс не заставлял ее скучать. Макс был очень далек от того, чтобы ей наскучить. И если он продолжит так на нее смотреть, с Аней или без Ани, она не знает, что произойдет. Это не было похоже на привычное сексуальное влечение, каким бы сильным оно ни было. Он ей нравился, в самом прямом смысле этого слова. И она чувствовала, что тоже ему нравится. Приятная легкость, которую она испытывала рядом с ним, освобождение от груза прошлого – это было в новинку, чудесно и опьяняюще.

— Что ж, – произнес он на английском, когда они убрали все свертки в корзину и Аня оглянулась в поисках остальных, – вы готовы?

— Да, – кивнула Габи, а затем добавила: – А вы?

Он бросил на нее быстрый взгляд, затем перевел его на не обращающую на них внимания Аню, которая махала остальной группе, быстро догоняя Сильви.