Книга На твоей орбите, страница 59 – Эшли Шумахер

Из ниоткуда появляется Лис. Мы словно в школьном ситкоме, где группы друзей собираются вместе, несмотря на разное расписание уроков.

— Поехали куда? – спрашивает он.

Лиэнн закатывает глаза:

— Ты их подговорил? Я же сказала, что не хочу покупать платье. Я и на вечере-то буду минут двадцать.

Сэм поворачивается к Лису. Я прямо чувствую его облегчение оттого, что появился повод не смотреть на меня. Или, может, я проецирую на него собственные чувства.

— Ты уже успел отбить у своей девушки желание идти на танцы?

Лис вскидывает руки – воплощение оскорбленной невинности.

— У оркестра в воскресенье утром какое-то дружеское соревнование в Эйнфилде. Лиэнн хочет проявить ответственность и, типа, выспаться.

Эбигейл наконец осознала, что мы собрались в другом относительном начале коридора, и вернулась.

— Двадцати минут достаточно, чтобы произвести впечатление, – говорит она Лиэнн. – К тому же, если взять платье без блесток, его можно будет надеть на следующее мероприятие.

Лиэнн подкупает практичность предложения – она выглядит наполовину убежденной.

— Ладно, – говорит она, поворачиваясь к Лису. – Но тогда вам придется зайти со мной за крендельками. И я не собираюсь сама покупать себе крендель, если мне придется потратиться на очередное платье.

— Как будто я упущу возможность съесть крендельки с корицей, – фыркает Эбигейл.

Лис интересуется:

— Почему мы вообще должны ехать?

— Потому что вы преданные и верные бойфренды, – говорит Эбигейл.

— И потому что вы тоже сможете поесть крендели, – добавляет Лиэнн.

При этих словах Лис оживляется. Сэм явно не убежден, что это хорошая идея, но я вижу, как он подыгрывает.

В коридоре раздается звонок, и нам приходится разойтись по своим классам. Я успеваю лишь махнуть Сэму на прощание, и мы с Лиэнн уходим в сторону лаборатории в другом конце школы.

— И как тебя затащили шопиться с Эбигейл? – спрашивает Лиэнн.

Мне кажется, я могу ей доверять и сейчас подходящий момент рассказать упрощенную версию нашего прошлого.

Ничего про шрамы под рукавами, про поцелуи, которые идут туда, куда нужно, даже про Улиткоград. Проще притвориться, что мы с Сэмом просто друзья детства. И также не стоит упоминать про возможное вмешательство Вселенной, которая исполнила за нас «правда обещание».

— Мы столкнулись с ней у моего дома. – Я замолкаю, размышляя. – Мы с Сэмом дружили в детстве. Эбигейл не знает, и Сэм не хочет ей рассказывать.

Я ждала, что Лиэнн удивится, мол, почему мы не упомянули это на встрече клуба натуралистов, но нет. Кажется, ей вообще не нравится совать нос в чужие дела.

— Теперь понятно, – говорит она, равнодушно пожимая плечами. – В смысле, странно было, что Сэм вдруг созвал клуб на встречу. Они этим занимались лет с семи, а меня приглашали всего…

— Погоди, клубу так много лет? – спрашиваю я. – Серьезно?

— О, еще больше на самом деле, – говорит она. – Они с Лисом начали, когда Сэм только переехал в Техас. Кажется, он хотел охотиться на улиток или типа того, и Лису очень понравилось, а потом обнаружилось, что Сэм умеет рисовать, и…

Ее голос затихает. Если бы мы и так не задерживались, я бы отпросилась в туалет.

Он играл с улитками даже после переезда.

Ох, Сэмми.

— Я бы не согласилась на встречу клуба, если бы знала, что мне придется ходить по магазинам с Эбигейл Шепард, – говорит Лиэнн, прерывая мои мысли. – Не обижайся. Я рада, что мы познакомились, но теперь у меня будет меньше времени на вечернюю репетицию.