Книга Свет в ее глазах, страница 127 – Селина Аллен

Я хотела возразить, но он не дал мне вставить и слова.

— Даже не отрицай. Я не говорю, что тебе нравится быть лгуньей, но когда тебя разоблачили, и все они: Кайл, Майя, Одри уставились на тебя в полном недоумении, я заметил в твоих глазах азарт и наслаждение.

— Ты перепутал, это было облегчение.

— Нет, это было именно наслаждение. Ты была довольна, ощущала превосходство над ними, в частности над Одри. Может, ты просто сама не замечаешь этого, но, Джоанна, ты такая же, как я.

Мог ли Блейк быть прав? Иногда я со многими себя сравниваю, выделяю преимущества перед другими, чтобы почувствовать силу. Но разве это не то, что делает каждый в мире? Это природа, самый сильный всегда будет в безопасности.

— Возможно, ты прав. Но облегчения в моем взгляде было больше, чем наслаждения и превосходства. Я была рада, что они наконец перестали изображать из себя павлинов. А в случае с Одри мне действительно хотелось обставить ее, но финансовое положение я никогда не причисляла к преимуществам. Я никогда не гордилась тем, что родилась в богатой семье, потому что это не моя заслуга. В остальном мы с тобой разные, Блейк.

— Мы с тобой дети, родителям которых по разным причинам не было до них дела.

И тут я тоже была вынуждена согласиться с ним. Но этого недостаточно…

— Оба гордые, оба…

— Все! Я поняла! Мы похожи, не нужно продолжать.

— Оба нетерпеливые и не умеем слушать, – усмехнулся Джефферсон.

Его руки опустились ниже, поглаживая мою шею и плечи.

Я понимала, что иногда бываю занозой в заднице, например как сейчас. И привыкла, что после этого следует определенная реакция. Я была готова, что Блейк взорвется, но он этого не сделал. Он продолжал с нежностью и спокойствием смотреть на меня и поглаживать мои руки. Это был идеальный момент, чтобы все расставить по местам.

— Блейк, ты не должен игнорировать мое мнение, – спокойно сказала я.

— Я, как никто другой, уважаю твое мнение.

— Не заметила. Зачем было показательно обхватывать мою талию?

— Потому что я считаю нас чем-то большим, чем просто друзьями. А ты делаешь вид, будто мы с тобой два часа назад в парке столкнулись.

— Это была забота. Моя мама принялась бы расспрашивать тебя, и бабушка не отставала бы. Пойми, ты для них как новый экспонат в музее. Я не желала подвергать тебя допросу.

— А ты не думала, что я мог хотеть этого допроса? – вдруг спросил он, вводя меня в ступор.

— Не думаю, что это было бы приятно…

Блейк тяжело выдохнул:

— Пожалуйста, малышка Джо-Джо, в следующий раз, прежде чем решать за меня, просто спроси. Я же не кусаюсь.

— Ну, я бы поспорила, – мне не удалось скрыть ухмылки.

Блейк несколько секунд смотрел на меня серьезным, опаляющим щеки взглядом, но затем сдался, и на соблазнительных губах показалась улыбка. Мне захотелось коснуться его смеющихся губ, и я не стала отказывать себе в этом.

Джоанна

После завтрака я собрала маму, Саймона и Конрада в гостиной, чтобы поговорить о сложившейся ситуации и узнать все семейные тайны.

Мой взгляд бегло прошелся по комнате, подмечая маленькие изменения в ней. Бабушка добавила больше живых цветов в кашпо по всей гостиной. Голубые шторы сменили на бежевые. На камине появились новые статуэтки, и кто-то повесил большую уродливую картину на стену.

Присмотревшись к изображению на ней, я скривилась так, словно увидела нечто мерзкое. Впрочем, так оно и было. Кто-то додумался сделать портрет Поппи – бабушкиного попугая.