Книга Девушка, которая не любила Рождество, страница 35 – Зои Брисби

Участники конкурса, сосредоточенно нахмурившись, готовили шоколад по рецептам, которые должны были принести им победу.

Время от времени они перешептывались со своими помощниками и бросали обеспокоенные взгляды на другие столы.

Эта атмосфера разожгла во мне пламя соперничества. Впервые в жизни я захотел победить. Да, я хотел получить этот дурацкий приз в виде позолоченной чашки шоколада. Но прежде всего, я хотел подарить возможность победить Лали. Показать ей, что «сложный год» тоже может быть полон сюрпризов.

Я пытался убедить себя, что внезапное желание победить связано исключительно с миссией, возложенной на меня Николя, и с моими профессиональными амбициями, но я знал, что обманываю себя. Улыбка Лали была наградой, за которую я сражался на самом деле.

В центре нашего круга, за спинами поваров, было подготовлено множество разнообразных ингредиентов и специй. Я видел, как претенденты на звание чемпиона подходили за корицей, гвоздикой и ванилью, но к бананам никто не притронулся, и я был этому очень рад. Несколько смельчаков использовали апельсиновую или лимонную цедру, но на бананы никто не обращал внимания.

Невежи!

Обманчиво спокойным шагом я направился к стоявшему в центре столу, не отрывая взгляда от бананов. Я боялся, как бы кто-нибудь не выхватил их у меня из-под носа. Или, что еще хуже, вдруг конкурент, которому не хватило вдохновения, увидит, как я их беру. Чувствуя себя Джеймсом Бондом, выполняющим сверхсекретное задание, я задумался, не сделать ли кувырок вперед, а затем поползти как коммандос, но быстро отказался от этой мысли и решил, что буду скользить, как тень. Однако костюм эльфа все усложнял. В общем, я бросился вперед и дрожащей рукой схватил бананы.

Я вернулся к Лали, стараясь держаться как можно более естественно.

— Что это вы принесли? – воскликнула она.

Салага! Нас же сейчас раскроют! Джеймсу Бонду придется смириться с тем, что неопытный напарник ставит его задание под угрозу.

— Говорите тише.

— Зачем это?

— Не хочу, чтобы кто-нибудь повторил наш рецепт.

Лали скептически посмотрела на бананы, которые я от волнения так стискивал в руках, что они почти превратились в кашу.

— Не похоже, что кто-нибудь хочет это сделать.

Я окинул взглядом наших соперников. Они сыпали, крошили, перемешивали, пробовали на вкус…

— Никто из них не использует бананы, – прокомментировал я очевидное.

Сексуальный эльф закатил глаза.

— Могу их понять.

— Доверьтесь мне! Детство у меня было, скажем так, достаточно бурным, и традиционного Рождества у меня не было, но тем не менее я завел свою собственную традицию.

— Да? И какую же?

— Когда мне было шесть лет, я впервые встречал Рождество без родителей. Меня отдали в приемную семью, и весь сочельник я просидел один у себя в комнате. Я ни с кем не хотел разговаривать, ничего не ел и не пил, и отказывался праздновать Рождество. Словно оно перестало существовать, когда не стало моих родителей. Если Санта не мог в своих санях привезти обратно моих родителей, зачем он тогда нужен?

Лали положила руку мне на плечо. По моей спине пробежала дрожь, не знаю уж от чего: от ее прикосновения или от колючего меха на костюме.

Меня тронуло то, как внимательно она слушала и как мягко смотрела на меня. Казалось, мы понимаем друг друга. Я никому не рассказывал о том, как мне жилось в приемной семье, поэтому сейчас приятно было чувствовать поддержку.