Книга Никогда, никогда, страница 111 – Таррин Фишер, Колин Гувер

Я записываю и это.

— Знаешь… я не помню, как надо играть в американский футбол.

Лэндон ухмыляется.

— Это первое из всего того, что ты сказал сегодня, чему я точно верю. В тот раз, когда ты стоял в кругу игроков, у тебя был потерянный вид. Ты. Сделай эту вещь. –Он громко смеется. – Так что добавь это к своему списку. Ты забыл, как играть в американский футбол. Как удобно.

Я добавляю это к своему списку.

Я помню слова песен.

Я забыл людей, с которыми мы были знакомы.

Я помню людей, с которыми мы не были знакомы.

Я помню, как надо фотографировать.

Я ненавижу американский футбол, но вынужден играть в него.

Я забыл, как надо играть в футбол.

Я смотрю на этот список. Я уверен, что в моем предыдущем списке было куда больше пунктов, но я не могу вспомнить их.

— Дай мне взглянуть на него, – говорит Лэндон и просматривает мои записи. – Черт возьми. Ты и впрямь относишься к этому всерьез. – Он пристально смотрит на меня несколько секунд, затем возвращает мне мои заметки. – Похоже, ты помнишь то, что ты хотел выучить сам, как слова песен и умение использовать фотокамеру. Но все остальное, то, чему тебя научили, ты забыл.

Я беру список и смотрю на него. Возможно, в чем-то он прав, если не считать того факта, что я не помню людей. Я беру это на заметку и продолжаю задавать вопросы.

— Как долго Чарли встречалась с Брайаном? Мы с ней что, расстались?

Он ерошит пальцами свои волосы и отпивает глоток газировки. И, прислонясь к стене, вытягивает ноги вперед.

— Мы пробудем здесь весь день, да?

— Если потребуется, то да.

— Брайан всегда неровно дышал к Чарли, и все это знают. Из-за этого вы с Брайаном никогда не ладили, но держали себя в узде ради нашей футбольной команды. После того как отца Чарли посадили в тюрьму, она начала меняться. Она стала не такой милой… хотя она никогда не была такой уж паинькой. Но в последнее время она превратилась во что-то вроде вредной задиры. Вы с ней теперь только и делаете, что ссоритесь. По правде говоря, думаю, она встречается с ним не так уж долго. Поначалу она просто оказывала ему знаки внимания в твоем присутствии, чтобы позлить тебя. И полагаю, чтобы он ничего не заподозрил, ей пришлось продолжать вести себя с ним так же, когда они оставались одни. Но я не верю, что он ей нравится. Она намного умнее, чем он, и думаю, она просто использовала его.

Я записываю все, что он говорит, и одновременно киваю. У меня тоже было такое чувство, что в действительности она не увлечена этим парнем. Судя по всему, мои отношения с Чарли переживали отнюдь не лучшие времена, и она просто делала все, что могла, чтобы проверить, насколько они крепки.

— А каковы религиозные взгляды Чарли? Может, она занималась вуду или колдовством, или чем-то еще в этом роде?

— Я о таком не слыхал. Нас всех воспитали в католической вере, но мы в общем-то не соблюдаем религиозных обрядов, кроме как по большим праздникам.

Я записываю и эту информацию и пытаюсь решить, какой вопрос задать. У меня их так много, и я не знаю, какой из них задать следующим.

— А есть что-нибудь еще? Что-нибудь необычное, что случилось на прошлой неделе?

Он что-то скрывает – это видно по изменению выражения его лица и по тому, как он ерзает на своем кресле.

— В чем дело? Говори.

Он подается вперед и понижает голос.