Книга Никогда, никогда, страница 114 – Таррин Фишер, Колин Гувер

Ну нет.

Я ни за что не вернусь туда. Я ударю этим куском трубы любого, кто попытается помешать мне вырваться отсюда.

Отперев дверь, я не вижу больничного коридора, как не вижу и больничного персонала. Вместо этого я оказываюсь во внушительного вида винном погребе, где из сотен маленьких отверстий торчат горлышки пыльных бутылок. Здесь пахнет брожением и пылью. На другой стороне погреба видна лестница, ведущая наверх. И дверь на ее верху.

Я бегу к лестнице, ударяю большой палец ноги о неровность на бетонном полу, чувствую, как из раны начинает идти кровь, поскальзываюсь на ней и, чтобы не упасть, хватаюсь за перила.

Лестница ведет на кухню, где горит только одна лампочка, освещающая рабочие поверхности и пол. Но я не останавливаюсь, чтобы оглядеться. Мне надо найти… дверь! Я хватаюсь за ее ручку, и на этот раз она не заперта. Я торжествующе вскрикиваю, когда она распахивается. Ночной воздух бьет мне в лицо, и я с радостью вдыхаю его.

И бегу вперед.

Сайлас

— Ты же не можешь вторгнуться в чужие владения, Сайлас! – кричит Лэндон.

Я пытаюсь вскарабкаться на ворота, но моя нога соскальзывает с них.

— Подсади меня! – кричу я ему.

Он подходит ко мне и подставляет ладони, хотя и продолжает пытаться отговорить меня от того, чтобы перелезть через эти ворота. Я ставлю ногу на его подставленные руки, и он подталкивает меня вверх, так что мне удается схватиться за верхнюю перекладину ворот.

— Я вернусь через десять минут. Мне просто надо здесь все проверить. – Я знаю, что он не верит ни единому слову из того, что я сказал ему сегодня, так что я не сообщаю ему, что, как мне кажется, эта самая Кора что-то знает. Если она в доме, то я заставлю ее говорить.

Наконец я добираюсь до верха и перелезаю вовнутрь. Спрыгнув на землю, я выпрямляюсь.

— Не уходи, пока я не вернусь.

Я поворачиваюсь и смотрю на дом. До него будет ярдов двести, и он скрыт рядами плакучих ив. Их ветви похожи на длинные руки, показывающие на парадную дверь и манящие меня вперед.

Я медленно иду по дорожке, ведущей к крыльцу. Это чудесный дом, и я понимаю, почему Чарли так скучала по нему. Я поднимаю глаза на окна. Два из них на верхнем этаже освещены, но нижний этаж совершенно темен.

Я уже почти дошел до крыльца, которое тянется вдоль всего фасада дома. Мое сердце колотится так часто, что я могу слышать его. Если не считать жужжания насекомых и этого биения моего сердца, здесь стоит полная тишина.

Пока не раздается собачий лай, такой близкий и громкий, что он отдается в моем желудке и сотрясает мою грудь. Но я не вижу, откуда он исходит.

Я застываю, стараясь не делать никаких резких движений.

Слышится низкий рык, похожий на раскаты грома. Я медленно оглядываюсь через плечо, не поворачивая туловища.

За моей спиной стоит пес, оскалив зубы, белые и острые.

Он встает на задние лапы и прежде, чем я успеваю отбежать или поискать что-нибудь, чем можно было бы отбиться, бросается на меня.

Нацелившись прямо в мое горло.

Я чувствую, как его зубы пронзают кожу на тыльной поверхности моей руки, и понимаю, что, если бы я не прикрыл мое горло, эти зубы вонзились бы в мою яремную вену. Сила и вес этого животного валят меня на землю, я чувствую, как оно вгрызается в мою руку и мотает головой, пока я тщусь сбросить его с себя.