Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 95 – Мэй Юйчжэ

Близился день рождения моего брата. Отмечал он всегда на широкую ногу: каждый год устраивал грандиозный пир и приглашал всех близких родственников и друзей. Мы очень много размышляли с Сяо Ци о том, чтобы подготовить для него хороший подарок. У нас был один рецепт, который дошел до нас от торговца, уроженца царства Вэй. Семья его была несказанно богата и образованна. Некогда он отправился на лодочке по реке Хуанхэ и с помощью тыквы-горлянки собрал немного воды. Когда он собрал семь-восемь литров воды, вода в реке вдруг зацвела и стала вишневого цвета. Из этой воды можно приготовить самое редкое в мире вкуснейшее вино, известное как Куньлуньское вино, – сладкое, с чарующим ароматом. Торговец подарил императору Вэй Чжуану тридцать ху ^[91] этого чудесного напитка.

Однажды брат поспорил со мной, что эта легенда – ложь. Сяо Ци обратился к известному мастеру-виноделу, и мы вместе решили приготовить вино по старинному рецепту. Спустя несколько попыток мы смогли создать желанный напиток. Нефритовый сосуд открылся, и весь двор наполнил букет ароматов.

— Это же… Куньлуньское вино!

Брат был настолько поражен, что не мог оторвать от меня взор.

— А-У, ты еще помнишь легенду об этом вине.

— Я всегда о ней помнила.

Мы встретились взглядами и улыбнулись. Нам не нужно было лишних слов, чтобы понять мысли друг друга. Мы сразу родились богатыми. Не было в мире редкой вещи, которую мы не могли бы себе позволить. За исключением неземных или вещей из легенд. Именно поэтому моего брата очень интересовало все необычное, записанное в древних книгах. Он много думал о Куньлуньском вине, но не верил, что такое вино существует. Тогда я сказала ему, что, если оно существует в нашем мире, я сделаю все возможное, чтобы заполучить это. Если его нет – я сделаю сама.

В тот день брат от души рассмеялся – с такими словами я стала героем в его глазах. Он сказал: «А-У, вот бы ты всю жизнь была такой храброй».

В резиденции Цзянся-вана начался грандиозный праздничный банкет. Большинство гостей – наложницы моего брата. Повсюду витали дивные ароматы от одежд да искрились украшения в дымке волос изысканных и богатых красавиц, подобных иволгам, с мелодичными голосами. Дамы, наложницы и служанки не только соревновались в красоте, но и приложили все усилия, чтобы первыми вручить подарок. Брат был доволен. Праздник выдался настолько грандиозным, что мне даже не верилось, что все это происходило на самом деле. Даже Сяо Ци смеялся от радости.

Я покосилась на Сяо Ци, скромно улыбнулась и сказала:

— Глядя на красавиц и гостей, наслаждающихся великим счастьем, думает ли кто-то о сожалениях?

Он мягко улыбнулся и ответил:

— Как бы женщины ни были очаровательны и нежны, красота их меркнет на фоне одной красавицы.

Ничего не ответив, я опустила глаза и улыбнулась. Сердце мое заливалось теплом, будто я пью сладкое вино, но меня также одолевала печаль. Сяо Ци был единственным, кто оберегал меня, – сколько бурь нам еще предстоит пережить?

Вдруг я повернула голову и взглянула на шэньму с Цянь-эр – они сидели за боковым столиком. Цянь-эр искрящимися глазами смотрела прямо на меня и Сяо Ци. В ее глазах я видела не только страсть, но и разочарование.

Я вздрогнула от ужаса и тут же посмотрела на Сяо Ци. Он никак не среагировал, только поднял чарку и в очередной раз поздравил моего брата. Затем он чуть повернул голову и взглянул на Цянь-эр – она чуть опустила лицо и застыла. Она еще росла, но, глядя на ее узкие плечи, я чувствовала, что ей одиноко.