Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 41 – Мэй Юйчжэ

Собрав волосы в пучок, я босиком пошла по траве, глядя на разбросанные по земле шелковые ленты.

— Что ты ищешь? – удивленно спросил Сяо Ци.

Опустив голову, я осмотрелась и сказала:

— Одного отреза не хватает.

Он засмеялся.

— Что за столь редкая ткань тебя так волнует?

Наконец я нашла отрез бледно-сиреневой ткани, накинула на плечи и покрутилась, улыбнувшись.

— Вот она! Тебе нравится?

Сяо Ци ответил с улыбкой:

— Красавице даже грубая ткань будет к лицу.

— Кто тебе говорил на меня смотреть? Смотри на ткань! – Я сердито улыбнулась и подняла перед собой кусок ткани, чтобы он мог как следует ее рассмотреть. Она соткана не только из лубяных культур ^[50] – в ее составе было немного шелка.

Сяо Ци неохотно взглянул на нее и бросил:

— Хорошая.

Искоса глядя на него, я улыбнулась.

— В этом году наши ткачи предложили пошить новые платья для дворцовых служанок – такое будет впервые! В этой ткани, помимо шелка, есть немного льна – материал получается такой же тонкий, но выходит гораздо дешевле чистого шелка!

Он кивнул, с интересом глядя на меня.

— Это поможет сэкономить немного серебра. Ванфэй же у нас расточительно ведет хозяйство.

Проигнорировав его поддразнивания, я вскинула брови и сказала:

— А что, если бы всем женщинам можно было носить платья из такой ткани?

Он удивленно посмотрел на меня, затем глаза его сверкнули – он как будто понял мои мысли.

— Ван-е, можете себя представить, сколько мы тогда сможем сэкономить серебра? – Искоса глядя на него, я снова улыбнулась.

Сяо Ци нахмурился – этот вопрос совершенно сбил его с толку.

— Это целых триста тысяч лянов серебра ^[51]! – Я рассмеялась. – Триста тысяч!

Сяо Ци потрясенно смотрел на меня.

— Неужели стоимость платья настолько велика?

Со всей серьезностью в голосе я ответила:

— Да. Испокон веков роскошная жизнь была обычным явлением, которому женщины всегда следовали. Ежегодные средства, которые тратятся на одежду и косметику, можно было потратить для того, чтобы накормить все округа нашей страны!

Лицо Сяо Ци постепенно становилось все серьезнее. Он задумчиво сказал:

— Вот оно что… На юге и севере идут войны. Несмотря на то что наша казна в изобилии и не время тревожиться за провиант, стоит чинить крышу, пока не пошел дождь. Следует в полной мере уменьшить расходы.

Он посмотрел на меня одобрительно и радостно.

— Нечасто тебе приходят такие идеи.

Я посмотрела на него с улыбкой.

— При дворе сейчас неспокойно. Весна только наступила, настроения народа понемногу успокоились. В столице привыкли роскошествовать, мы не можем насильно сократить расходы – это пойдет вразрез с человеческими чувствами. Нам нужно придумать, как заставить их принять это решение добровольно.

Близился циньцань ^[52]. Каждый год, в разгар весны, императрица вела наложниц и жен чиновных особ, чтобы те отдали поклон цаньшэнь ^[53] Лэй-цзу ^[54] и просили благословения неба за изобилие шелкопрядов и процветание ткацкого дела.

Хлебопашество и ткачество – основы для существования народа. Ежегодная церемония циньцань и жертвоприношение небу и земле исстари были значимыми событиями императорского дома. Согласно устоям предков, когда императрица приносит жертву, ей обязательно следует совершать церемониал в желтом платье, с лентами и биси ^[55]. Касательно одежды – требовалось соблюдать строгие правила. Наложницы и жены чиновников тоже носили особую одежду – она различалась по цветам, узорам и украшениям в зависимости от ранга. Каждую весну, когда я была маленькой, я надевала шелковое платье с изображением феникса и вместе с мамой ходила на церемонию циньцань. Однако в этом году мне придется заменить тетю и лично руководить церемонией.