Книга Мое темное желание, страница 83 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Ты обращался со мной как с вещью. С собственностью. – Фэрроу замолчала и смерила меня взглядом. – Может, я и работаю на тебя, но на этом все и заканчивается.

— Напротив. С этого все только начинается. У меня на тебя много других планов.

Она слегка прищурилась.

— Закари.

— Фэрроу.

Она бросила тяжелую промокшую тряпку в раковину, забрызгав кровью тарелки и кружки.

— Тебе есть что мне сказать?

— Конечно. – Я подошел ближе и остановился всего в полуметре от нее. Прогресс. Она судорожно сглотнула от такой близости. Я взял в руку нож, коснулся его кончиком запачканного кровью воротничка ее формы и ухмыльнулся. – Тебе идет красный.

С этими словами я направился в хозяйскую спальню. Ее мятые кеды Chuck Taylor заскрипели по мраморному полу. Она громко и уверенно топала за мной по лестнице. Вне вечеринок и официальных ужинов я не позволял ходить в особняке в обуви. Фэрроу игнорировала это правило с первого дня.

Мы молча прошли мимо Младшего. Он привалился к балясине на первой ступени, пока семейный врач Олли накладывал ему швы, а его отец и Джаспер суетились рядом. В другом конце коридора смеялись Олли, Ром и Дели, звенели бокалы, столовые приборы стучали о фарфоровые тарелки.

Я дернул за золотую ручку, чтобы открыть дверь спальни, и вошел. Она захлопнулась за Фэй, и та закрыла ее на замок. Фэрроу прошла за мной в ванную, где я включил холодную воду и подставил руки под струю. Вода порозовела от крови. Мы встретились взглядом в отражении зеркала. Если Фэрроу и напугалась оттого, что я порезал человека за то, что он чуть не схватил ее за задницу, то не подала вида.

Приведя себя в порядок, я прошел в гардеробную и стал расстегивать рубашку. Фэрроу прислонилась бедром к дверной раме, ее форму и голые ноги усеяли пятна запекшейся крови. Я медленно опустил плечи, чувствуя, что ее взгляд прикован к ткани. Рубашка бесшумно упала на ковер. Я предстал перед ней по пояс голым, словно статуя на закрытом просмотре, позволяя еще немного полюбоваться моим рельефным прессом, накачанными руками и V-образными мышцами живота, скрывающимися под поясом брюк. Ее глаза стали круглыми, как блюдца. Внизу живота разлилось тепло, кровь устремилась к члену. Мне знаком этот взгляд. Я и сам так смотрел, когда выискивал сделку. Она жаждала. Меня.

Ты даже не представляешь, Осъминожка. Получишь все, а потом и добавку. А между делом десерты и закуски. Я так тебя наполню, что твоя киска примет форму моего члена.

Эта мысль ошарашила меня, как и сама затея. Я сейчас не мог даже заставить себя прикоснуться к ней.

Я нарушил молчание, щелкнув пальцами перед ее лицом.

— Между прочим, мои глаза здесь.

Мы стояли примерно в трех метрах друг от друга. Но в отличие от всех прочих случаев с другими людьми, каждый метр воспринимался как целый континент.

— В них ничего нет. – Фэрроу сложила руки на груди. – На твою грудь смотреть гораздо приятнее.

Я взял белоснежную рубашку, повесил бархатную вешалку обратно на перекладину и подошел к ней, так и оставшись по пояс голым.

— Ты не должна позволять, чтобы кто-то разговаривал с тобой так, как Бретт. Или Оливер, если на то пошло.

Ее улыбка сникла.

— Им это сходит с рук, поскольку они знают, что сойдет. Я не Даллас Таунсенд. Меня некому защищать.

Я сунул руки в рукава и сделал еще шаг к ней.