Книга Потерянный для любви, страница 188 – Мэри Элизабет Брэддон

Ее бледные губы выговаривали слова, но звука не было.

— Я вас знать не знал, и откровенничать было не в моих интересах, но доктор Олливант мог избавить вас от многих страданий –  несбывшейся надежды и тому подобного, –  если бы захотел, –  продолжал Джаред.

Она оглянулась на мужа с немым вопросом.

— Дослушай его, любимая, а потом выслушай меня.

Выпрямившись, она отстранилась от него, и ее муж понял, что в нем сомневаются.

— Он мог рассказать вам все о смерти несчастного юноши, но у него хватило ума держать язык за зубами. По его мнению, узнай вы, что он убил вашего первого возлюбленного, его собственные шансы на успех были бы довольно невелики.

Она издала слабый, полусдавленный крик и вытянула руку, держа мужа на расстоянии.

— Убил его!

— Да. Когда мистер Лейборн отправился на прогулку по утесу в тот последний день, неудача привела его на тропу, избранную доктором Олливантом. Они заговорили –  о вас, я полагаю –  и вскоре перешли на повышенный тон. Произошла драка, и бедняга Лейборн упал с утеса. Не могу утверждать, что его столкнули, но было очень похоже на то.

— Вы были там, вы видели…

— Я был внизу, на пляже, слышал голоса и ссору и видел, как ваш возлюбленный упал. Вот и все.

— И он, –  продолжала Флора, указав на доктора, –  подкупил вас, заплатил, чтобы вы сохранили эту тайну?

— Ну да, он вполне неплохо воздавал должное моей сдержанности, вплоть до вчерашнего вечера. Вы можете не поверить моим словам, но, если вам нужно подтверждение, взгляните на него.

Теперь пришла очередь Джареда указывать на доктора, который стоял с непроницаемым, но смертельно-бледным лицом.

— Прочь! –  сказал он Джареду. –  Все, что могли, вы уже сделали, больше добавить нечего. Вы, видимо, пришли с реки. Позвольте теперь мне выпроводить вас с моих владений.

Джареду ничего не оставалось, кроме как пойти за доктором к пристани, где его ждала ярко раскрашенная лодка. Он спустился к ней, не сказав ни слова, чувствуя, что в итоге разыграл довольно плохую карту. Он до последнего ожидал, что доктор Олливант сдастся и купит его молчание любой ценой, когда дойдет до критической точки, но кризис разразился, и Джаред понял, что свалял дурака.

Катберт Олливант вернулся к кедру. Его жена стояла там, где он ее оставил, напряженная, глаза устремлены в пустоту.

— Выслушай мой рассказ, Флора, –  взмолился он.

Она не взглянула на него, когда ответила:

— А могу ли я верить словам столь опытного обманщика?

— Поверь в простую истину. Смерть Уолтера Лейборна была совершенно случайной. Никто, даже ты, –  сказал он с ноткой горечи, –  не может сожалеть о ней больше, чем я. Наши голоса действительно звучали рассерженно, мы действительно боролись на краю того проклятого утеса –  но имей в виду, что это он напал на меня, –  и он действительно упал на скользкую траву. Я нанес лишь один удар –  в целях самообороны.

— Который его убил, –  холодно закончила Флора.

Мучения этих минут преобразили ее. Она больше не была той нежной женушкой, которую он знал час назад. В интонации появилась тягучая горечь, менявшая сам звук ее голоса, в глазах –  холодный блеск, преображавший сам характер ее красоты. Так могла бы выглядеть Электра^[134], утратившая детскую невинность от ужаса домашнего убийства.

— Этот удар мог его в худшем случае оглушить; остальное было несчастным случаем.