Книга Клятвы и бездействия, страница 11 – Сав Миллер

Но дело в том, что им неизвестно и половины того, что было.

— Твоя реакция вредит моему самолюбию, красотка. – Выдохнув, приседаю, чтобы осмотреть тело. Пряди светлых волос прилипли ко лбу, на лице застыл шок. – Я полагал, наш небольшой тет-а-тет будет более информативным, но, похоже, ты больше любишь лгать.

— Я не лгу, и мне плевать на твое самолюбие.

— Ну, это грубо. Оно прямо сейчас могло бы способствовать спасению твоей задницы.

Повернувшись, вижу, что взгляд ее вполне спокоен.

— Меня не надо спасать. – Брови медленно сходятся на переносице, взгляд становится суровым и меняет приятные черты.

Губы мои непроизвольно кривятся, уголок рта приподнимается.

— Разве?

Выпрямляюсь и медленно обхожу ее, разглядывая. От звука соприкосновения подошв с бетоном пола она будто подбирается. Похожа на львицу, готовящуюся к прыжку.

— Это была самооборона, – произносит она, и я замечаю, как дернулась ее правая рука. Потом еще раз и еще, указывая на мертвеца, отчего я задаюсь вопросом, не дрогнула ли она, наконец. Воспоминания вызвали страх теперь, когда прошел первый шок.

Я останавливаюсь у нее за спиной, взгляд скользит вниз по всему телу; в этой позе она практически полностью в моей власти, преподнесла себя, как на блюдечке, а я же здоровый мужчина, потому вынужден признать, что ее красивые изгибы вызывают желание.

Стараюсь успокоиться, чтобы не дать волю похоти, даже ощущая, как она скребет изнутри, потому перевожу взгляд на затылок девушки. Она чуть смещается в сторону, явно испытывая потребность видеть меня, это необходимо для поддержания готовности защищаться.

Похоже, любимица Тома Примроуза – человек более сильный и самодостаточный, чем ее пытаются изобразить в прессе.

— Кто же тебе поверит? – спрашиваю я и подаюсь вперед, чтобы убрать прядь волос с ее плеча. Мне не следует к ней прикасаться, но рука тянется сама, движимая моим желанием узнать, такое ли все у нее мягкое, как мне представляется.

Грудь сжимается, когда кончики пальцев касаются шелковистого локона.

Он оказывается дажемягче.

— Может, если бы ты врезала ему по физиономии или выбросила с балкона, людям было бы легче поверить в правдивость пикантной ситуации, а также случившегося потом.

Склонив голову, разглядываю кисть, лежащую недалеко от руки мертвого мужчины – он выпустил ее, когда потерял сознание. – Но ты пришла сюда подготовленной. Подобное развитие событий было спрогнозировано… вывод напрашивается, исходя из того, что вижу. К сожалению, именно этот факт заинтересует всех гораздо больше характера встречи.

Всего за пару секунд она значительно расслабляется, дыхание выравнивается. Громкие звуки музыки достигают занимаемого нами пространства и заглушают все остальные. Я чуть приподнимаю плечи – едва заметно пожимаю ими.

— Нет ничего страшного в том, что ты сегодня возжелала крови, мисс Примроуз. А я уверен, что так и было.

Она молчит. Воздух становится плотным и густым от ее молчания.

Она не удостаивает меня вниманием – решила выказать пренебрежение моей персоне.

Пальцы готовы к стремительному выпаду, я чувствую это всем нутром, хотя и не вижу, оттого усмехаюсь. И направляюсь нарочито медленно, чтобы оказаться там с ней одновременно – в месте, где лежит злополучное основание кисточки.

Мыски моих ботинок замирают прямо перед ней, когда пальцы девушки рывком хватают ее и сжимают. Движение вперед, и под моей подошвой тыльная часть ее руки, которая уже начинает подниматься. Надавливаю, прижимаю к полу вместе с кисточкой.