Книга Скажи мне шепотом, страница 121 – Мерседес Рон

Я увел его подальше. Шел-шел и не останавливался.

Я не поверил глазам, пока не сбавил скорость и не рассмотрел ее из машины.

— Что за?.. – произнес я вслух, осторожно вглядываясь в зеркало дальнего вида и разворачиваясь, чтобы вернуться. – Камилла, какого дьявола ты творишь?

Она повернула голову и остановилась.

— Что ты творишь?! – снова потребовал я, подбежав к ней.

Ее волосы прилипли к лицу. Спортивная одежда промокла насквозь. Она вела свой велосипед, буквально тащила его на себе.

— Тьяго? – удивилась Кам, перекрикивая шум дождя.

— Ты хочешь убиться? Этого добиваешься? – заорал я в бешенстве.

Ни секунды не сомневаясь, я схватил ее за руку и потянул к себе. Велосипед упал, но я вернулся за ним, только когда усадил Камиллу в машину. Сложил его и бросил на заднее сиденье. А потом снова сел на водительское место.

Гроза разыгралась какая-то безумная. Я не помнил такого дождя с самого…

Я срочно остановил мысли и завел мотор.

— Ты мне объяснишь, что ты, черт возьми, творишь?

Однако Кам не ответила. Уставилась вперед, спокойная, прямая, и не обращала внимания на меня.

— Камилла, – повторил я, понимая: что-то идет не так.

Обратив взгляд на дорогу, я отыскал место, где можно аварийно остановиться, и подъехал туда.

Отстегнув ремень, я повернулся к ней и позвал:

— Кам…

Еще до того, как я до конца произнес ее имя, она обернулась и спросила:

— Думаешь, когда-нибудь ты сможешь простить меня?

Щеки у нее порозовели, и вся она дрожала от холода.

Я протянул руку и включил печку.

Особо не стремился на нее смотреть. Не хотел, поскольку слишком много всего чувствовал. Завтра исполнится восемь лет с тех пор, как мы похоронили сестру. В этот день, только восемь лет назад, моя семья упала с моста, и то падение положило конец всему, что мы знали.

Конец моей сестренке.

Конец мне.

Если бы ничего не произошло, сегодня Люси бы исполнилось двенадцать. Почти столько же, сколько было мне, когда я потерял ее.

По какой-то необъяснимой причине боль, которую я так давно испытывал – душераздирающая боль, которая держала в вечной хватке мои мышцы, кости, всего меня целиком, – как будто немного утихала в присутствии Кам. В присутствии девушки, которую я винил во всех несчастьях, в тот день рождения обрушившихся на мою голову, на голову моей матери, моего брата, моего отца.

– Я же велел тебе держать рот закрытым, – сказал я, когда встретил ее на похоронах.

Камиллу привел ее отец. По какой-то причине, которую я до сих пор не понял, именно на его груди моя мать безутешно рыдала, когда маленький гроб унесли на кладбище Карсвилла.

– Мне очень жаль, – произнесла Кам.

Я обратил внимание на ее покрасневшее от слез лицо и понял, какой же я сукин сын.

– Это все твоя вина. Ты в курсе, да? – заявил я, подойдя вплотную.

Ее волосы были заплетены в две гребаные косички. Точно такие же, как у Люси накануне, когда она еще дышала. Меня бесило, что она такая опрятная и аккуратно причесанная. Сестра всегда просила заплести ей косички, потому что увидела их на голове Кам. Люси обожала ее, хотела быть на нее похожей, для нее Кам как будто была старшей сестрой.

– Это ты виновата! – закричал я, взмахнул руками и толкнул так, что Кам упала.

Только мой брат наблюдал за этой сценой. И, разумеется, тут же подбежал к ней защищать.