Книга Попаданка. Жена по приказу императора, страница 10 – Юлий Люцифер

Между мной и убийцей вспыхнул свет.

Не мягкое сияние и не красивая магическая искра, как в сказках. Это была ослепительная золотая вспышка, жёсткая, живая, почти горячая на вид. Она ударила в нападавшего с такой силой, что его отбросило назад на несколько шагов. Он ударился о колонну и рухнул на колени. По залу прошёл испуганный вопль. Кто-то из придворных начал молиться.

Я замерла, тяжело дыша и глядя на собственную руку так, будто она принадлежала кому-то другому.

С пальцев ещё срывались тонкие нити света.

— Не двигайся, — сказал Лориан, но в его голосе впервые за всё время прозвучало не спокойствие, а настоящее напряжение.

Император уже оказался рядом с поверженным убийцей. Он схватил его за ворот и сорвал маску. Под ней оказался молодой мужчина с впалыми щеками и холодными серыми глазами. В уголке его губ дрожала кровавая пена.

— Яд, — резко сказал архимаг. — Он успел раскусить капсулу.

Император сжал челюсть так, что на скулах проступили тени.

— Живым он нам бесполезен.

Нападавший уже захлёбывался собственной кровью, но всё равно смотрел мимо императора, на меня. И в этих глазах не было ни боли, ни страха. Только торжество.

— Метка… горит… — прохрипел он. — Значит… врата открылись…

— Что ещё за врата? — резко спросила я, но он уже дёрнулся в последний раз и обмяк.

Второго убийцу стража успела ранить, но и он умер прежде, чем его дотащили до трона. Третий исчез в суматохе. Похоже, именно так и работают люди, посвятившие жизни охоте: приходят, бьют, исчезают, оставляя после себя ровно столько крови и страха, сколько нужно.

Император медленно обернулся ко мне. Его взгляд скользнул по моему лицу, руке, золотому знаку, всё ещё светящемуся на запястье.

— Ты ранена?

— Нет.

— Уверена?

— Да.

Он кивнул и сразу отдал новый приказ стражникам. Придворных начали выводить из зала. Кто-то уходил быстро, не поднимая глаз, кто-то оборачивался на меня с выражением суеверного ужаса. Несколько минут назад я была для них подозрительной невестой императора, бывшей преступницей и неудобным политическим решением. Теперь я стала ещё и доказанно опасной. Я видела это по лицам. Люди не любят то, чего не понимают, а уж силу, способную отбросить человека одной вспышкой, ониненавидят особенно быстро.

Когда зал почти опустел, меня вдруг качнуло. Ноги стали ватными, подступила слабость, словно та короткая вспышка магии выжгла изнутри часть сил. Император заметил это раньше, чем я успела сделать шаг.

— Сядь, — приказал он.

— Я не—

— Сядь.

Пришлось послушаться. Лориан уже был рядом. Он присел передо мной, не касаясь, и внимательно всмотрелся в лицо, словно проверяя не только пульс, но и что-то ещё.

— Магия откликнулась на угрозу. Хорошо. Но слишком резко. Её надо стабилизировать.

— Как? — спросила я, стараясь не показать, насколько меня пугает собственное состояние.

— Сначала понять, с чем именно мы имеем дело.

Император мрачно посмотрел на мёртвых убийц.

— И понять, что они имели в виду под вратами.

Лориан поднялся.

— Не здесь.

— Согласен.

Император перевёл взгляд на меня.

— Ты идёшь с нами.

— У меня был выбор?

— Нет.

Он сказал это так буднично, что я даже не нашлась, злиться ли. Наверное, злиться на императора — это как обижаться на грозу за гром. Неприятно, но бесполезно.