Книга Нелюбушка, страница 49 – Даниэль Брэйн

Я ценила минимальные усилия при максимуме результата. Ни одна сволочь здесь пока это не поняла, разве что крестьяне.

– Вот у меня, Любовь Платоновна, закладная, – он вытащил из-за пазухи помятую бумажную трубочку с болтающейся печатью и выразительно ей потряс. – Ее сиятельство сИпполитом Матвеевичем имеют договоренность – ее сиятельство платит проценты по закладу, Ипполит Матвеевич подписывает заклад. Другой заклад, – поспешил объяснить он, – заклад своего имения, уже ее сиятельству… не забивайте свою чудесную головку, Любовь Платоновна, то скучные материи. Кабы вы отсутствовали безвестно, после смерти вашего батюшки всем распоряжалась бы Надежда Платоновна.

Все перетасовали свои активы тысячу раз, но вот интересно, как моя мать смогла заложить имение, если уже который человек говорит мне, что все унаследовали я и сестра? С согласия сестры, вероятно, заложила, а что касается моей доли?..

– Но я не отсутствовала безвестно, – перебила я, строя самую невинную из всех своих физиономий. Господинчик поджал губы – возможно, то, что я считала «невинным», в его понятии выглядело угрожающе. – Я не скрывалась, и при желании легко можно было меня сыскать.

– Вот! – господинчик поднял вверх палец и зачем-то изучающе на него уставился. – Теперь ваш заклад, Любовь Платоновна, может быть легко оспорен… Я предлагаю вам обратиться в мировой суд, Ипполит Матвеевич оплатит все расходы, а за то вы прямо сейчас отпишете половину своей доли ему. Согласны?

Я не меняла выражение лица, но напряженно думала. Сей милейший во всех отношениях человек держит меня за полную дуру, в мое время мошенники работали чище и артистичнее, с огоньком, этот рубит с плеча, а вдруг прокатит. Но он не первый такой восторженный идиот, эра ловкачей и аферистов не наступила, до Соньки Золотой Ручки еще жить и жить. Думала я над другим – в моем плачевном положении есть подвох: матушка распорядилась моей долей в наследстве незаконно. Как вариант, убедила банк, что я пропала без вести, а может быть, опять дала кому-то взятку. Но я вернулась, и сделка находится под угрозой отмены. Ничтожная? Оспоримая? Я не настолько дока в юридической терминологии, но явно что-то в этом есть.

– Ипполит Матвеевич вернет банку все давно уже потраченные кредитные средства? – уточнила я. – На какие ши… деньги?

«Не прокатило», – прочитала я на расстроенной физиономии.

– Да… м-да, там… немалые средства, вы правы, стоит прежде обсудить с ее сиятельством, – забормотал он, стреляя глазками по углам. Но подсказок там не нашлось, пришлось выкручиваться самому. – Но есть иное решение, меньшейкровью, скажем так, Любовь Платоновна…

Он завилял задом, понизил голос, заговорил почти доверительно:

– Вы вернетесь домой, повинитесь, испросите прощение у вашей матушки… В обмен на то, что вы не станете обращаться в суд. Вы обретете крышу над головой, ведь на эту крышу вы имеете полное право, вам не придется больше унижать себя работой.

Вот это да, мне казалось, что эта фраза присуща современным мне авторам, которые вкладывали ее в уста живших якобы в прежние века персонажей. Что же, прошу прощения у мастеров пера, я сомневалась в них необоснованно и в их талант и знание матчасти не верила зря.

– Взамен, – господинчик подкрался ко мне на два шага поближе, – вы отпишете долю Надежде Платоновне. – Он снова потряс закладной, и до меня наконец-то дошли все намеки.