Книга Последняя роза Дивеллона, страница 58 – Вера Платонова

Самым сложным оказалось выбрать правильное место. В тронном зале, на который я с самого начала надеялась, потому что Тара в нем уже появлялась, еще догорали остатки пиршества. Часть гостей спала прямиком там, на скамьях, часть еще вела тихие пьяные беседы за столами. Некоторые мужчины храпели, постелив прямо на пол теплые плащи. Женщины все давно были размещены по несколько человек в гостевых спальнях. Похожая картина была в обеденном зале.

Превосходно подошел бы малый зал, но там теперь стояла клетка с аторхами.

В итоге мы разместились в одном из широких пролетов первого этажа, в котором переплеталось несколько коридоров.

Я встала посредине с лампадкой в руках, Айволин расположился у стены, почти с ней сливаясь. Стражников с ближайшего поста он разместил здесь же, рядом с выходами в коридоры, бормоча, что выглядит полным дураком в глазах своих людей.

– Я тебя очень прошу, Айволин, – обратилась я к нему. – Затушите свет. И если все получится, обещай, что вмешаешься только в крайнем случае.

И вгляделась в его лицо в ожидании согласия. Но он повел плечами, оставляя решение за собой, но все же загасил два факела на стене.

Единственным источником света здесь осталась лишь маленькая лампа в моих руках.

Вновь воцарилась тишина такая, что мне стало даже неловко нарушать ее своим голосом. То, что буквально приходилось чувствовать дыхание мужа за спиной, также сбивало с нужного настроения.

Я замерла, думая о женщине, что долгое время находилась так близко: помогала мне одеваться, причесываться, приносила еду и так искусно скрывала свои истинные намерения. И при всем этом я никак не могла точно воспроизвести в памяти ее лицо. Платье, походку, прическу и манеру разговаривать – да, а лицо все время куда-то ускользало. Святые отцы-веды, помогите мне.

В малом зале забеспокоились аторхи: до нас донеслось шипение и рычание.

Наконец, я собралась с духом, и произнесла ее имя. Вышло очень тихо.

– Тара! – попыталась добавить громкости и напевности.

Опустилась на колени,продолжая держать огонек под стеклянным колпаком света у себя в руках. Прикрыла глаза и вспомнила, как она появилась впервые передо мной: темные волосы, темное платье. Такая вряд ли придет на свет.

Потушила лампу и погрузила нас всех в кромешную тьму.

– Тара! – застыла, вслушиваясь в малейшие шорохи вокруг.

– Ну это уже слишком, – донеслось негромкое ворчание Айволина. – Пора заканчивать это безумие. Иммериль…

– Тара!!! – не обращая на него внимания, поднялась я с колен и громко позвала в темноте.

И потом, уже осознавая, что у меня получилось, прошептала:

– Тара.

Тихо прошелестела юбка, касаясь краем моей ступни.

– Я все еще сплю. Это единственное время, когда я могу спать, – прозвучал голос Тары совсем близко от меня, вызывая оторопь. – Каждую ночь лежу с открытыми глазами подолгу, и вспоминается всякое. Оттого и привыкла все видеть в темноте.

Мне казалось, что от кончиков моих пальцев к ней тянутся тонкие прозрачные нити, невесомо опутывающие ее тело. И пока эта связь не прервана, мне ничего не угрожает.

Я очень надеялась, что Айволин позволит мне выспросить у нее все, как следует, до того, как она выйдет из сомнамбулического состояния.

– И все-таки, жалко волосы, – проговорила женщина мне в самое ухо, проведя пальцем с коротким ногтем по моей шее.