Книга "Феникс". Номер для Его Высочества, страница 24 – Элиан Вайс

— Люди? — Мэйбл оглядела заросли крапивы, обломанные стены и выбитые окна. — Сюда? Да тут даже мыши дохнут!

— Мыши не дохнут, они наглые, — поправила я. — Значит, корм есть. А корм есть — значит, жить можно.

Мэйбл вздохнула и, видимо, решила, что спорить с сумасшедшей бесполезно.

— Ладно, — сказала она. — Пойду хоть в доме приберусь. А то если вы и правда отель строить собрались, надо же где-то жить, пока строите.

— Умница! — похвалила я. — Правильный подход.

Мэйбл ушла в дом, а я осталась стоять посреди крапивы, глядя на свои чертежи.Солнце поднималось всё выше, озеро сверкало, и вдруг за моей спиной раздался шорох.

Я обернулась.

Из кустов на меня смотрели люди. Несколько человек — мужики в простой одежде, бабы в платках, дети с любопытными глазами. Смотрели волками. Хмуро, настороженно, враждебно.

— Здрасьте, — сказала я, выпрямляясь и стараясь не подавать вида, что мне страшно.

Мужики молчали. Бабы шептались. Дети тыкали пальцами.

— Вы кто? — наконец спросил один, здоровенный детина с бородой.

— Я — Лилиан Эшворт, — представилась я. — Владелица этих мест. А вы?

Детина переглянулся с остальными.

— Эшворт, — повторил он. — Барон что ли?

— Баронесса, — поправила я. — Отец умер, я наследница.

— Слыхали про барона, — подал голос другой мужик, постарше. — Пьяница был. Всё пропил. И тебя пропьёт, если б жив был.

— К счастью, он не жив, — дипломатично ответила я. — А я — трезвая. И работать собираюсь. Работники нужны?

Мужики снова переглянулись. Бабы зашептались громче.

— Работа — это хорошо, — сказал первый детина. — А платить чем будешь? Тут у тебя ни кола ни двора.

— Пока нечем, — честно призналась я. — Но будет. Мне помощь нужна. Кто знает, где камень хороший взять? Где лес? Где плотники в округе?

— Плотники? — Мужик постарше хмыкнул. — Ты и впрямь строить собралась? Из этого-то?

— Именно, — твёрдо сказала я.

Повисла пауза. Люди смотрели на меня с сомнением, но уже без враждебности. Скорее с любопытством — как на диковинку.

— Ладно, — вдруг сказал детина. — Я Мирон. Плотник я. Если работа будет — приду. А там посмотрим.

— Спасибо, Мирон, — я улыбнулась. — Я запомню.

Люди начали расходиться, но не все. Несколько баб задержались, разглядывая меня с ног до головы. Одна, бойкая такая, в цветастом платке, вдруг спросила:

— А правда, что ты принцу невеста была?

Я вздохнула.

— Была. Но сбежала. Не понравилось.

Бабы захихикали.

— А чего сбежала-то? — не унималась бойкая. — Принц — он же красивый, богатый…

— Красивый, — согласилась я. — Но дурак. И любовница у него — стерва.

— О-о-о… — Бабы понимающе закивали.

— Ладно, — я махнула рукой. — Было и прошло. Теперь у меня другие планы. Отель строить.

— Отель? — переспросила одна. — Это как?

— Место, где путники останавливаются. За деньги. С удобствами.

— А-а-а, постоялыйдвор, что ли? — догадалась бойкая.

— Вроде того, — согласилась я. — Но лучше. Гораздо лучше.

Бабы переглянулись, и бойкая вдруг сказала:

— Я Глаша. Стирать умею, готовить. Муж у меня плотник, Мирон этот, что говорил с тобой. Если что — зови.

— Спасибо, Глаша, — искренне сказала я. — Обязательно позову.

Они ушли, а я осталась стоять, глядя на свой палочный чертёж, на озеро, на горы. Внутри разливалось странное чувство — похожее на счастье. Здесь, в этих развалинах, в окружении диких крестьян, я была свободнее, чем в золотом замке.