Книга Бессовестно прекрасная 1, страница 67 – Натали Палей

Белла невольно рассмеялась.

— Ты очень постаралась изуродовать себя за эти годы, — теперь вздохнула Лилиан. — Это платье послужит нам только сегодня и завтра, когда мы поедем к мадам Перье.

— Мы? — усмехнулась Бель.

— Ты хочешь, чтобы и тетушка Мэри поехала? — Лилиан сделала вид, что не поняла причину усмешки сестры.

— Нет, конечно.

— Значит, мы.

Заметив сомневающийся взгляд сестры, младшая мисс Харрис в умоляющем жесте сложила ладони.

— Бель, я никогда не была в салоне мадам! Неужели ты лишишь меня этого удовольствия?

— По-моему, ты мной манипулируешь.

— Вовсе нет! Если ты хочешь поехать сама, без меня, я не буду тебя уговаривать взять с собой свою милую младшую сестру, которая тебя обожает и которая уже очень давно мечтает побывать в салоне восхитительной мадам Перье!

Веселый смех Беллы стал Лилиан ответом.

* * *

Леди Мэри Треверс всегда считала себя леди по рождению, а истинной леди — по воспитанию, поскольку одним из ее неоспоримых достоинств было умение справляться с эмоциями и иметь сдержанный невозмутимый вид, что бы вокруг не происходило.

В кругу домочадцев леди Мэри иногда могла расслабиться, особенно в обществе милых и любимых племянниц, но не перед домашней прислугой.

Поэтому, когда в столовую зашли Белла и Лилиан, леди Мэри, уже зная от горничных, что девушки закрылись в комнате старшей мисс Харрис и без помощи прислуги занимаются купанием и, как выразилась Мелли, «процедурами красоты», она догадалась, что старшая из племянниц, наконец, решилась на перемены во внешности.

Любопытство и нетерпение одолевали миссис Треверс, но легкая беседа в малой гостиной на разныетемы с миссис Томсон, которой она очень импонировала, отвлекала ее и позволила с достоинством дождаться племянниц.

Внешность вошедшей в столовую Беллы безусловно поразила леди Мэри, как и миссис Томсон, которая не сдержалась от изумленного возгласа и некрасиво вытаращенных глаз, но миссис Треверс внутренне была готова к появлению преображенной племянницы, поэтому свое удивление выдала лишь тем, что на мгновение прищурила глаза и поджала узкие, накрашенные бледно-розовой помадой, губы.

Миссис Треверс заметила ошеломленные лица горничной Мелли Хилс и лакея Томаса Эдда, которые во все глаза пялились на старшую мисс Харрис; а также некоторую неловкость Беллы, которой явно было не по себе из-за повышенного внимания прислуги и изумления миссис Томсон; и радостную улыбку Лилиан, которая смотрела на тетю с торжеством. Поэтому при появлении сестер Харрис леди Мэри твердо произнесла:

— Мелли, Томас, оставьте нас. Сегодня мы сами за собой поухаживаем. Дверь в столовую за собой закройте.

Мелли и Томас не осмелились ослушаться хозяйку, хотя и желали остаться, как раньше, прислуживая за столом и прислушиваясь к беседе хозяйки с племянницами и гувернанткой младшей мисс Харрис.

Горничная и лакей вышли из комнаты и прикрыли за собой дверь. Леди Треверс обратила внимание, что сначала дверь закрыли неплотно, но, после довольно громкого шепота за ней, прикрыли плотнее. Миссис Мэри не сомневалась, что Мелли решила подслушать ее разговор с племянницами, а Томас вразумил молоденькую и глупую девицу, за которую лично просил леди Треверс.

— Милая, ты выглядишь просто восхитительно! — улыбнулась леди Треверс, теперь позволяя себе очень внимательно всмотреться в новое для нее девичье лицо просто непозволительной красоты. «Пресветлая, — мысленно взмолилась женщина, — сделай так, чтобы мужчины Сент-Эдмундса не сошли с ума».