Книга За Усами, страница 16 – Джинджелл Вэнди

Она обнаружила, что не хочет делиться с силовиками блюдами Камелии, поэтому вместо того, чтобы пригласить их пройти по коридору на кухню, как того требовал манящий запах, она повернулась к ним лицом, уперев руки в бока, удерживая их в коридоре.

— Что ещё вы хотите знать?

На лице молодого силовика явно читалось сожаление. Он всё ещё чувствовал запах хлеба и, очевидно, хотел его съесть. Пока она наблюдала, он сглотнул слюну и сказал:

— Вы должны признать, что ситуация выглядит довольно скверно. Это первая смерть за многие годы, которая произошла у нас в Сеуле с вырванными сердцем и печенью, и вы единственная, кто устраивал подобные беспорядки раньше.

— Если бы вы ознакомились с документами, то знали бы, что я якобы оставила очень конкретное количество тел, — сказалаона. — И вы должны точно знать, что означало это очень конкретное количество тел.

— Нам известны легенды о лисах, — нетерпеливо сказал лидер. — Нас они не интересуют.

— Легенды всегда должны интересовать вас, если вы хотите узнать, почему люди делают то, что они делают, — сказала Ёнву. — Особенно когда речь заходит о кумихо.

— К счастью для нас, нас интересует только расследование дела человека или лиц, которые, по нашему мнению, могут быть виновны.

— В Синсу-доне по крайней мере ещё двое кумихо живут неподалёку, — сказала Ёнву, переводя взгляд с одного из них на другого. — И то, что вы не нашли тела, не означает, что кто-то другой не оставлял его. Скорее всего, они просто оставили их, а кто-то убирал за ними. Кстати, где вы нашли тело? Конкретно.

Главный силовик подозрительно посмотрел на неё, и Ёнву задумалась, действительно ли он ожидал, что она выдаст, что знает, где находится тело, только для того, чтобы быть взятой под стражу. Он неохотно ответил:

— Свадебный зал на Черепашьей вилле, он был на парковке позади здания.

Ёнву не удержалась и быстро нахмурила брови. Она резко спросила:

— В свадебном зале?

— А что, вы ожидали, что оно будет в другом месте?

— Конечно, нет! Просто на следующих выходных я собираюсь туда на свадьбу. Это церемония кумихо — ни один кумихо в здравом уме не оставил бы там тело, если бы не хотел, чтобы его нашли и оно привело к ним.

— Слышал, что вы, лисы, бываете не в своём уме, когда делаете это.

— Я не лиса, — повторила Ёнву почти машинально. В свадебном зале не должно было быть трупа. Тела вообще не должно было быть, за исключением определённых обстоятельств и в определённых местах, но тела абсолютно точно не должно было быть в свадебном зале. — Были ли признаки того, что его перемещали? Я имею в виду тело?

— Были признаки того, — суровым голосом сказал главный силовики, — что его грызли и съедали внутренности.

— Думала, вы сказали, что были съедены только сердце и печень?

— Повсюду не хватало кусочков, — сказал силовик. — Сердце и печень были единственными органами, которые отсутствовали полностью.

— А на остальных были видны следы обгладывания?

— Думал, это вполне нормально для вашего вида.

— Только для дораи,— озадаченно сказала Ёнву. На самом деле существовало только два видакумихо: более законопослушные убийцы, которые следовали за старейшинами кумихо — и, номинально, закону страны — и более беззаконные убийцы, которые группировались за спиной дораи. Дораи, как и следует из названия, были сумасшедшими, беззаконными и подчинялись только самим себе и своим собственным нравам. — Кумихо не сидят на корточках у своей добычи и не обгладывают печень, если только у них что-то не в порядке с психикой. Если вы нашли именно такое тело, то вам следует искать Кумихо за пределами Сеула — в Тэгу (четвёртый по величине город в Южной Корее (после Сеула, Пусана и Инчхона) — прим. пер.) есть более дикие места, и ещё несколько — ближе к корейской демилитаризованной зоне (зона, разделяющая Корейский полуостров на две примерно равные части — северную (КНДР) и южную (Республика Корея) — прим. пер.).