Книга Чай для господина Ли, страница 79 – Е. Лань

При мысли о портале сердце кольнуло. Но я отогнала тоску. Сначала — победа. Потом — выбор.

Утро Состязания началось с удара гонга, от которого, казалось, завибрировали даже камни мостовой.

Запретный Город был ослепителен. Мы шли по мраморной дороге, ведущей к Павильону Высшей Гармонии. По бокам стояли гвардейцы в золотых доспехах, неподвижные, как статуи. Солнце, только что взошедшее над желтыми черепичными крышами, превращало дворец в сияющий мираж.

Я шла рядом с Ли Цзы Фаном. На нас были парадные одежды клана Ли — темно-синий шелк, расшитый серебряными волнами и чайными листьями. Мы несли свои инструменты сами: Ли Цзы Фан — жаровню и меха с водой, я — драгоценный ларец с ледяными формами и шкатулку с «Пурпурным Драконом».

— Руки дрожат? — тихо спросил Ли Цзы Фан, не поворачивая головы.

— Нет, — соврала я, мои пальцы были ледяными, несмотря на жару. — А у тебя?

— Дрожат, но это от предвкушения. Мы либо станем легендой, либо нас казнят за оскорбление вкуса. В любом случае, это будет незабываемый день.

Мы вошли в Зал Гармонии. Это было открытое пространство, окруженное галереями. В центре, на возвышении, стоял Трон Дракона.

Император уже был там.

Я ожидала увидеть грозного воителя или тучного сибарита. Но Сын Неба оказался мужчиной средних лет с уставшим лицом. Он сидел, подперев голову рукой, и смотрел на собравшихся мастеров с выражением вежливой скуки. Рядом с ним стоял тот самый Главный Евнух.

Нас расставили по местам. Двенадцать столов. Двенадцать жаровен.

— Да начнется Битва Вкусов! — провозгласил Евнух. — Тема: «Гармония Неба и Земли». У вас есть один час.

Гонг ударил второй раз.

Началась суета.

Я краем глаза наблюдала за соперниками. Мастер Чжоу с горы Эмэй начал сложный танец с веерами, раздувая угли. Его «Земля» была в глине, из которой он тут же, на глазах у всех, лепил чашку. Впечатляет, но долго.

Ван Юй, стоявший через два стола от нас, активировал своего «Железного Дракона». Машина зашипела, выпустив клуб пара. Зрители, а на галереях сидела вся знать столицы, ахнули.

— Смотрите! Он ловит облака в котел! — шептались они.

Ван Юй работал быстро и точно. Он загрузил листья в автоклав, повернул вентиль. Его «Небо» было паром, его «Земля» — металлом. Технократическая гармония.

Мы с Ли Цзы Фаном работали в тишине.

Нам не нужны были танцы, нам нужна была точность.

Ли Цзы Фан разжег угли. Я достала мешочек с сушеными корнями лотоса, который дала мне старая няня.

— Пора, — кивнула я.

Он бросил корни в огонь. Дым пошел не черный, а белесый, густой. Он стелился по столу, не поднимаясь вверх. Запах... Запах был странным. Ил, старая вода, увядшие цветы.

Император на троне дернулся. Он поднял голову и втянул носом воздух. Его скучающее выражение исчезло. Он искал источник запаха.

Я начала готовить воду. Моя «Живая Вода» закипала в серебряном чайнике.

Теперь самое сложное. Лед.

Я открыла ларец. Холодный пар вырвался наружу. Внутри, в формах из полированной стали, лежали мои ледяные чаши. Они были идеальны. Прозрачные, как стекло, с тонкими стенками, а внутри каждой, в толще льда, застыл, словно в янтаре, свежий, темно-фиолетовый цветок «Пурпурного Дракона».

Я быстро, чтобы не растаяли, выставила их на лаковый поднос.

Зрители зашумели.

— Лед? В жару?