Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 175 – Саманта Шеннон

Наши тренировки проходили под пристальным наблюдением кого-нибудь из рефаимов. Вдали от посторонних глаз Нашира не узнает, как далеко мы продвинулись.

– Попробую найти тебе новый лангет, – сказал Страж, заметив, как я придерживаю запястье. – Надо полагать, старый ты потеряла в Трущобах.

– Да. – Место перелома опухло еще сильнее. – Кэт… чуть не сломала его заново.

– Однако убивать ее было необязательно.

– Кто ее куратор?

– Краз Саргас, один из наследных преемников. Их всегда двое – мужчина и женщина, по аналогии с наследными правителями, – объяснил Страж. – Случись что-нибудь с Гомейсой, Краз займет его место.

– Вы же бессмертные, – удивилась я. – Для чего тогда преемники?

– Мы не умираем от старости, но полностью неуязвимыми не являемся.

– Кстати о птичках, никак не пойму, сколько тебе лет?

– По человеческим меркам не знаю. Мы не бываем юными, но и не стареем. Скажу одно: на момент образования Сайенской республики я уже существовал.

До меня не сразу дошло.

– Если бы Краз заставил нас с Кэт драться, ты бы смог ему помешать?

Страж уставился в огонь. По непроницаемому лицу не угадаешь, о чем он думает.

– Нет, – ответил наконец он. – Краз кровный родственник правительницы, а я, несмотря на титул, всего лишь жених.

Он потянулся за кубком. Под впечатлением от событий минувшей ночи я вдруг преисполнилась отваги, причем опасного толка.

– Ты постоянно пьешь амарант, лечишь старые раны.

– Мое здоровье не твоя забота, Пейдж.

– Ты настаивал на взаимном доверии. Почему бы нам не поговорить начистоту?

– У тебя был шанс. Ты не карманная воровка, Пейдж Махоуни, и, пока не скажешь правду, не жди от меня откровенности.

Рефаим взял кубок и вышел, оставив меня гадать, почему он так уверен в своей правоте.

* * *

Несколько дней подряд я не высовывалась из «Магдалена» и, за неимением лучшего, устраивала долгие пробежки, стараясь не думать о Лисс.

В резиденции никто не соблюдал комендантский час. В результате я беспрепятственно грелась на солнышке, а однажды и вовсе поднялась на колокольню, откуда открывался вид на окутанные туманом крыши, что простирались до самого Склепа.

Дэвид рассказал мне о меченых – рефаимах, поднявших заведомо обреченное восстание, а Страж лечил амарантом старые раны.

Нелепо записывать Арктура Мезартима в бунтари. Нашира никогда не приблизила бы к себе предателя и уж тем более не обручилась бы с ним. Однако прозвище «конкубин» (что бы оно ни значило) явно оскорбительное. Страж совершал вылазки втайне от невесты и хорошо обращался с людьми.

В полдень я отправилась на поиски дневного привратника и застала Фазала подстригающим плющ.

– Фаз, ты наведываешься на Брод-стрит?

– Не по своей воле. – Он поднял черную бровь. – А что?

– Мне туда нельзя. Если будешь проходить мимо, справься о Лисс, воздушной гимнастке, ладно?

Фазал покачал головой:

– Невидцам нельзя вмешиваться. В «Магдалене» я под защитой Стража и должностью рисковать не собираюсь.

– Понимаю, – ответила я, не покривив душой, и уже повернулась, чтобы уйти, но привратник меня окликнул:

– Я попрошу Гейл. Она помогает разбирать Трущобы.

– Спасибо.

* * *

В преддверии пиршества мне снова разрешили помыться. Не успела я выбраться из ванны, как в гостиную, воспользовавшись запасным ключом, нагрянула Гейл.