Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 116 – Саманта Шеннон

Или невольное восхищение. По его каменной физиономии не угадаешь.

– А ты авантюристка. Не боишься шантажировать куратора? Как по мне, предприятие весьма сомнительное.

– Отпусти меня, и никто на тебя не настучит.

– Назови другую цену, а я подумаю, соглашаться или нет.

Да, со свободой я размахнулась.

– Не вижу смысла торговаться. Судя по виду, долго ты не протянешь. Говори, чем помочь?

– Ты умна. Могла бы и сама догадаться.

Сообразив, о чем речь, я отпрянула:

– Только посмей.

– Не бойся. Нам запрещено подпитываться от розовых туник, для этого существуют добровольцы, – пояснил Страж. – Поклянись, что никому не обмолвишься о случившемся. Взамен я исполню твою просьбу.

На скулах у него заиграли желваки. Я нарочно медлила с ответом.

– Думаю, моя клятва для тебя гроша ломаного не стоит, но обещаю молчать. Только не слишком расслабляйся, Страж. За тобой должок.

– Кто бы сомневался, Пейдж.

Определенно, он меня ненавидит, это чувствовалось даже по голосу.

В гостиной пробили часы. Я собралась уходить, но тут в спальню нагрянула Плиона Суалокин, сопровождаемая мужчиной в сером. При виде меня оба застыли как вкопанные.

Туника выдавала в мужчине невидца. Однако, присмотревшись, я уловила слабую ауру нечитаемого – человека, чей лабиринт рухнул, а после восстановления оброс толстой броней. Переполняемая отвращением, я медленно обернулась.

– Оставь нас, – распорядился Страж.

Теперь понятно, почему он не стал подпитываться моей аурой. Я направилась к кровати и, склонившись над рефаимом, прошептала:

– Надеюсь, в следующий раз ты сдохнешь в лесу.

Страж вздернул подбородок. Я поспешила прочь.

С Ником Найгардом мы познакомились, когда мне было девять. Второй раз встретиться нам довелось лишь спустя семь лет.

Стояла благоухающая весна две тысячи пятьдесят шестого. Моим одногодкам из школы «Анкрофт» в Блумсбери предстояло принять важное решение: либо проучиться еще два года, а после идти в сайенский университет, либо получать аттестат и отправляться на поиски работы.

Чтобы помочь студентам определиться, директриса организовала серию лекций, где выступали «мотивирующие» (ее словечко) спикеры. Всю последнюю неделю учебы мы слушали бывших выпускников «Анкрофта», зарубежных специалистов из разных уголков Сайена, и у каждого за плечами было как минимум одно высшее образование.

Лично я в университет не собиралась. Какую бы участь Лондон ни заготовил для молодой ирландки, все лучше, чем торчать еще два года в «Анкрофте».

Школа занимала внушительное здание бывшей гостиницы на Рассел-сквер. Не место, а мечта: своя кофейня, терраса на крыше, знаменитый студенческий оркестр. Однако я всегда воспринимала ее как золотую клетку, где мне нет места.

В тот день нас, одетых в строгие черные костюмы и накрахмаленные белые блузки, снова загнали в актовый зал. Слово взяла Эмма Брискин, учительница химии:

– Всем доброе утро. Сегодня у нас последняя мотивирующая лекция по естественным наукам. Многие из вас делают огромные успехи в этой области, и «Анкрофт» надеется увидеть ваши имена в списках ведущих ученых.

Несмотря на приоткрытые окна, в актовом зале стояла чудовищная духота. Я сгорбилась на стуле, мечтая, чтобы дурацкая лекция поскорее закончилась.

– Наш сегодняшний гость родом из Швеции. К нам перевелся из сайенской цитадели Стокгольм, окончил медицинский университет в Лондоне, а сейчас трудится в лаборатории специального научно-исследовательского подразделения, знаменитом СайНИПе.