Книга Княжна из цветочной лавки, страница 63 – Мила Ваниль

Он подал мне руку, чтобы отвести в столовую, и, честно говоря, я почувствоваласебя чуточку увереннее. Орлов внушал больше доверия, чем Ероев. И если князя не волновало мнение официального опекуна о моем браке, то и мне бояться нечего.

Его величество поздоровался со мной приветливо, рассматривал с любопытством. Ее величество добродушно улыбалась. А Гордей успел незаметно пожать мне пальцы, к слову, совершенно ледяные, подбадривая. Похоже, его родители, и правда, рады, что сын женится. Древний и знатный род? Так и буду думать.

Его величество и князь Орлов хоть и соблюдали субординацию, но было заметно, что они знают друг друга давно. А я до сих пор не могла толком выговорить должность, что князь занимал при дворе. Ероев упоминал, но я запомнила лишь то, что это связано с безопасностью. Глава Особой канцелярии? Или Особенной…

Его величество расположился во главе стола. Слева от него сели жена и Орлов, справа — Гордей и я. И только устроившись за столом, я заметила, что его центр украшает мой букет из морковок и редиски.

— Ну-с, предлагаю отбросить церемонии, — произнес его величество, когда слуги наполнили вином наши бокалы. — Демьяна мы давно знаем, а с тобой, Карина, скоро породнимся, поэтому можешь обращаться ко мне по имени-отчеству.

— Да, да, — кивнула ее величество. — И ко мне тоже.

— За здоровье молодых. — Его величество, то есть, Федор Юрьевич, поднял бокал. — Благословляю.

Княгиня Воронцова успела дать мне пару наставлений перед ужином. Во-первых, велела не пить вина, а только делать вид. Во-вторых, не удивляться поведению его величества.

— Он чтит протокол, но в семейном кругу не похож на себя в тронном зале, — сказала она. — Поэтому веди себя учтиво, но не переусердствуй с этикетом.

Гордей с опаской покосился на меня, когда я поднесла бокал к губам, однако промолчал. Боится, что я напьюсь, что ли? Хорошего же он обо мне мнения…

— И все же, Карина, как тебе удалось соблазнить моего сына, м? — поинтересовался Федор Юрьевич чуть погодя.

Я чуть не подавилась кусочком огурца, что буквально перед этим положила в рот.

— Дорогой! — воскликнула Ольга Николаевна. — Зачем же так смущать девочку!

Я старательно жевала огурец, лихорадочно соображая, что ответить.

— Она не соблазняла, — произнес Гордей. — Отец, пожалуйста, не надо так шутить. Это я добивался ее, как только увидел.

— Любовь с первоговзгляда, — хмыкнул Федор Юрьевич, ничуточки не смутившись. — Значит, Гордей пленился твоей красотой.

И все же я должна хоть что-то сказать! Но что…

— Карина — вылитая мать, — пришел мне на помощь Демьян Петрович. — Даже… красивее. Неудивительно, что она пользуется успехом у мужчин.

Гордей сжал челюсти. Видимо, представил мужчин, увивающихся за его невестой. И то, что он со всеми ними сделает.

— Но как так получилось, что Карина воспитывалась не в столице, Демьян Петрович? — поинтересовалась Ольга Николаевна. — Здесь же есть пансион для девиц, и я там попечитель, вы же знаете.

Тут и я навострила уши. Неужели сейчас узнаю хоть что-то о прошлом девушки, которую заменяю!

— Это в чем-то грустная история. — Он отложил приборы. — Я сожалею, что не смог заботиться о тебе должным образом, Карина. Посчитал, что в моем доме тебе будет неуютно и одиноко. Ероев, дальний родственник твоего отца, убедил меня, что воспитает тебя, как полагается. Я доверился ему… и позже пожалел об этом, так как он отправил тебя, по сути, в сиротский дом. Хотел забрать тебя раньше, но ты так часто болела… Ероев говорил, что дорога до столицы тебя убьет.