Книга Услуга Дьяволу, страница 178 – Валерия Воронцова

Закрывшись от песка, рыцарь Безумия, взъерошенный и озлобленный, занес даркут как копье, но на пути у него возник Сурадис, а я оказалась лицом к лицу с Рыцарем Кошмара. Увернувшись от выпада, вовремя разгадав суть рокировки, я недоверчиво покосилась на принца, парирующего удар противника. Еще немного, и мы все окажемсяв идеальном положении для…

— Удачи, — прочла я по губам Сурадиса, в то время как мое тело, ведомое инерцией боя и навыками, доведенными Ариманом почти до инстинкта, продолжало отражать атаки рыцаря.

Рыцарь Кошмара действовал не так дерзко, как его партнер, движения были полны плавности, выпады неумолимы, а каждый удар стали о сталь пробирал ведущую руку до самого плеча. Вдобавок, вместо стихийной магии или воли греха, он использовал волю разума. Я бы удивилась и даже восхитилась такой концентрации, не будь она направлена на то, чтобы погрузить меня в иллюзию всех моих худших кошмаров.

Князья были мастерами в воле греха, а Рыцари виртуозно владели волей разума, и я впервые чувствовала такое давление на собственные барьеры. Младший Рыцарь Кошмара вился черным туманом по границам моих мыслей, искал брешь, ждал малейшей запинки, чтобы прорваться острием даркута к моему горлу, и при этом его клинок ни на миг не останавливался и не терял своего веса.

К счастью, увлеченный попытками подловить меня, он не заметил, как за спиной оказались Сурадис и его напарник. Оставшись на прямой между Рыцарями, наследный принц Уныния вскинул даркут, и воля греха его Дома опустила клинки наших противников. Но не мой.

Нагоняя сонливость, Сурадис и сам не мог пошевелиться, полностью сосредоточенный на удерживании Кошмара и Безумия, силящихся прорваться сквозь серый покров его магии. К сожалению, Арена накладывала свои ограничения, и я подозревала, что такую силу Сурадис мог применить только на небольшой дистанции.

Нехотя вскинув даркут, я поочередно приставила острие к каждой из трех голов перед собой известным всему Подземью поворотом клинка. Так даркут, разрезая воздух, опускается на шею противника и отсекает ее одним ударом. Без лоскутов кожи, лишней крови и необходимости второй попытки. Все трое исчезли вместе с компаньонами, а я, вероятно, приобрела в глазах зрителей статус вероломной стервы.

Барьер мигнул цифрой «3», но почти сразу же она превратилась в цифру «2», а за спиной прозвучал разъяренный вопль. Обернувшись с даркутом наготове, я удивленно приподняла бровь, наблюдая принца Гнева, вонзившего свой меч в песок по самую гарду. Очевидно, в том месте только что лежал принц Страсти, все же проигравший Гневу.

Наследный принц Гнева, облаченный в костюм рубиновогоцвета, удивительным образом сливающегося с алым песком Арены, рывком вытянул меч из песка и уставился на меня. Не думаю, что наша зрительная дуэль длилась дольше нескольких мгновений, но для нас обоих они растянулись на маленькую вечность.

Это был странный момент, когда мы оба осознавали, что на пути к венцу стоит лишь тот, кого мы видим перед собой. Его огненно-рыжие волосы и клинообразная бородка полыхали на солнце, как огонь, как он сам. Зловеще блеснула молния, ударяющая в факел — герб Дома Гнева, изображенный на перстне принца.

Нас разделяло не меньше сотни шагов, но и со своего места я чувствовала, как кипит, клубится и ищет выход ярость и первобытная дикость его воли греха. Она переливалась в серой ртути его глаз, обещая мне бой, боль, страх и поражение. Вероятно, предыдущая дуэль с принцем Страсти лишь раззадорила его.