Книга Услуга Дьяволу, страница 180 – Валерия Воронцова

«Весьма иронично, моя радость, что смертные почти всегда останавливаются, сдаются и уходят от желаемого ровно в шаге от победы. Смею полагать,что именно это и считается настоящим испытанием веры, заложенным Создателем в земной путь каждого из них».

Стиснув зубы, я перекатилась на бок, полусела и, чуть пошатнувшись, поднялась на ноги. До мраморного постамента оставалось менее пяти шагов, когда между мной и им сверкнуло лезвие даркута Этера. Барьер спал полностью, как только я оказалась на помосте, и я бездарно потратила свою фору на уговоры доказать всем, что не поступлю как смертная.

От удара Этера я ушла, словно это была фигура танца, а не несущий поражение клинок. Ладонь обхватила эфес Сияния, даркуты скрестились с такой силой, что любой простой смертный сломал бы руку, и наши взгляды острее, чем мечи, столкнулись.

— Чего еще ждать от жалкой смертной, если не глупых фокусов, — прошипел Этер мне в лицо.

— Другое дело красть у противников силы, — выдохнула я. — Вот оно, истинное достоинство высокородного принца.

— Не собаке размышлять о достоинствах принца, — гневно раздул ноздри Его Высочество.

— То, чего нет, размышлений не требует, — холодно отсекла я, и глаза принца расширились от удивления, когда он почувствовал мою силу.

Распахнув кахе настежь, ставя все на один удар, я не берегла и не придерживала, обратив воду своего озера в огненный вал и позволив ему вырваться на свободу. Пламя растеклось по телу второй кожей и щедро плеснуло на Этера, сметая его с помоста, как горячий ветер песок пустыни. Оно окружило помост своим собственным барьером, потускнело, становясь жарче, побледнело, а затем и вовсе обратилось зеленым колдовским огнем, так похожим на свет фонарей в Шо-Лэй.

Я отмечала все это краем сознания, целенаправленно приближаясь к мраморной плите. На черной бархатной подушке лежал невзрачного вида венок из тонких колючих ветвей с иссохшими листьями. Однако едва ли в Подземье найдется дурак, что не узнал бы в нем ту самую, первую корону Карателя, дарованную ему сожженной солнцем, пропитанной кровью и усеянной прахом землей, от которой разрослось само царство. Землей, вырастившей терн в месте, где Его Третий Сын отразил волю Создателя собственной, навечно отстояв власть своего огня и право карать.

Опустившись на колени перед плитой, выражая бесконечное уважение и почтение всему, о чем должна была напоминать «Триада Терний» и венец передо мной, я осторожно водрузилаего себе на голову. Колючий обруч сомкнулся, как схватившая добычу пасть. Стиснув зубы, чтобы не вскрикнуть, я задышала носом, когда колючки впились глубоко в кожу. Венец пустил мне кровь, взамен отдав память о своем рождении.

Сокрушительная ярость и боль, гарь, дым, кровь и хруст костей. Столп света, встреченный не уступающим ему огнем. Столкновение, перевернувшее и навсегда изменившее начальный мир. Рождение царства вопреки, а не по велению Создателя. Мощь, не имеющая равных, и мысль, воплощенная в вечности. Противостояние, в котором выдержать удар означало выжить, а отразить его значило победить.

Вот что такое «Триада Терний». Напоминание всему Подземью о первой странице своего существования. Дань уважения силе и власти Карателя. Указание, что есть истинная победа.

Боль, скручивающая тело, отступила. Перестав чувствовать шипы, я медленно поднялась с колен, и рядом возник Дан. Статный, несокрушимый и могущественный, как Тьма и Огонь. В черных одеждах с вышивкой, чем-то похожих на мой уже заметно потрепанный мундир.