Книга Мама в подарок, страница 99 – Арина Теплова

— Вы хотите стать совладелицей лавки? — удивился Дедье, и на его лице отразился неподдельный ужас.

— Да.

— Какая глупость, мадемуазель! — неучтиво воскликнул лавочник. — Где ж это видано, чтобы девица занималась торговлей?

— Невиданно. Но я буду первая. Что в этом такого? У меня есть деньги и огромное желание попробовать себя в деле. Я смогу помочь вам, а вы мне.

— Нет-нет, — категорично замотал он головой. — Что скажут люди? Это мужская обязанность вести дела и торговать. Это просто недопустимо, девица — мой совладелец. Все подумают, что я спятил! Вот если бы вышли замуж, и ваш муж вложил деньги в мою лавку, то другое дело.

Услышав его категоричное заявление, я нахмурилась. Неужели это закостенелый мир, где правили мужчины нельзя было изменить? Почему женщина в нем была только приложением к сильному полу?

Это было так не справедливо. Теперь, когда я обрела свободу, и у меня были деньги, я не могла распорядиться ими по своему усмотрению. И устроить свою жизнь так, как я хочу. Нет, я должна была тратить золото на наряды и безделушки, и жить под покровительством мужчины, в моем случае барона Бафора. Иной участи ни Филипп, ни этот лавочник для меня не видели.

— Дорогой, можно тебя на минутку? — вдруг подала голос жена лавочника, которая до того аккуратно расставляла банки на полке, и делала вид, что не слушает.

Супруги отошли в сторонку, и я отчетливо услышала властный голос мадам Дедье:

— Оноре, ты в своем уме?! Эта девушка предлагает нам такую выгодную сделку. Мы все в долгах! Ты забыл о том? А с помощью ее денег мы сможем уплатить все наши кредиты и даже улучшить что-то в лавке. Это наш шанс! Сама судьба послала сегодня нам эту прекраснуюдевушку. Или ты хочешь, чтобы наша лавка закрылась после нового года? Мы уже еле сводим концы с концами. На что мы будем жить?! И кормить наших малюток?

— Но это нехорошо, Анриетта, — пробубнил лавочник, и в его голосе уже слышалось сомнение. — Что скажут люди?

— А что они скажут, когда мы окажемся с детьми на улице, когда ростовщики отберут нашу лавку за долги? А? А я скажу тебе, Оноре — мы будем просить милостыню на паперти. Говорю тебе — ты возьмешь деньги у этой девицы и сделаешь ее своей компаньонкой и как можно скорее. Или я уйду от тебя вместе с детьми и вернусь к отцу!

Добавила мадам Дедье так грозно, что я сразу поняла, кто в доме хозяин. Улыбнулась про себя. Мне это было на руку.

Итак, лавочник под напором жены согласился. Взял с меня только половину денег, сказав, что пока этого достаточно. Завтра мы собрались с ним идти в местную гильдию торговцев и узаконить мое совладение уже документально.

Мадам Дедье была несказанно рада, так же, как и я. Узнав, что мне негде жить и я приехала с вещами, она немедленно провела меня на второй этаж в самую дальнюю комнату. Когда-то тут жила мать бакалейщика. Комната была хоть угловая, но довольно теплая и светлая и одна из немногих, где имелся работающий камин, как пояснила хозяйка. Остальные четыре комнаты занимало семейство Дедье, у которых было трое малолетних детей. С ними же жила Лили, кормилица и няня в одном лице, присланная матерью мадам Анриетты из соседней деревеньки в помощь дочери.

Когда бакалейщик по просьбе жены ушел принести мои вещи из кареты, я улыбнулась мадам Анриетте и осторожно спросила: