Книга Проделки Новогоднего духа, страница 103 – Ольга Токарева

Что и говорить, я знатно переполошила весь герцогский замок. Когда мы шли по коридорам, горничные, едва завидев нас, шарахались в стороны, словно от чумы, и моментально исчезали из поля зрения, оставляя нас в тишине и предвкушении скорой свободы.

Я провела Анрию в отведенные ей покои, полные чужого, незнакомого запаха. Кормилица и две горничные застыли, словно пораженные диковинной птицей, с немым изумлением глядя на нас. Не желая тратить время на объяснения, я решительно направилась в ванную комнату.

— Раздевайся, — бросила я Анрии, словно повинуясь давно заученному ритуалу, и принялась наполнять ванну, щедро сдабривая воду душистыми бальзамами.

Пока «сестренка» погружалась в горячую, пенистую негу, я ополоснула лицо прохладной водой, вытерлась и, придирчиво оглядела себя в зеркале. Бессонная ночь, проведенная в неудобном месте, оставила свой след: под глазами залегли тени, а кожа потеряла здоровый блеск. Легким щипком вернув щекам румянец, я подмигнула своему отражению и повернулась к девушке, утопающей в облаке пены.

— Я отправляюсь на разведку, а ты, прошу, сыграй больную. Больше капризничай, лелей свое хныканье, — наставляла я ее, уже готовая ускользнуть, как вдруг меня озадачил ее робкий голос. — Ольга… Но как быть? Что сказать, если спросят, почему я больше не старуха?

«Вопрос в самую точку», — промелькнуло в голове. Ответ созрел мгновенно. — Скажешь, кузина коснулась тебя, и все проклятье перешло на нее.

Выскользнув из ванной, я попросила Агату позаботиться о «больной» госпоже, а Паулу отправила за завтраком для всех нас. Конечно, лучше было бы трапезничатьв предназначенных для этого залах, но этот вопрос решу позже. Сейчас же я спешила в покои, где укрылись королевские особы.

Замерла у массивных дверей и обратилась к одному из стражей: — Будьте любезны, доложите его величеству, что аудиенции просит дворянка Ольга Беда, кузина герцогини Анрии Рагонской.

— Доброе утро, Ваше Величество и Ваше Высочество, — произнесла я, чувствуя, как слова с трудом пробиваются сквозь внезапно сковавший горло ком. Неуклюже присев в реверансе, я заметила, что шок, похоже, покинул королевских особ. Отец и сын, восседая за столом, с аппетитом предавались трапезе, и зрелище их довольных лиц почему-то повергло меня в ступор.

Еще ночью эти мужчины, облеченные властью и титулами, не вызывали во мне ровным счетом никаких чувств. Я могла бы без колебаний побить их, и они бы даже не узнали об этом. А сейчас… какая-то необъяснимая оторопь. Принц, кажется, думает только об одном — похотливый взгляд так и пожирает меня с головы до ног. Неутолимый гад. А вот король… он куда умнее. Одно неосторожное слово — и головы не сносить. Пришлось импровизировать на ходу.

— Ваше Величество! — воскликнула я, театрально заламывая пальцы перед Генрихом. Активировав артефакт, я выдавила слезу, которая предательски скатилась по щеке. — Ваше Величество, случилось немыслимое. Проклятие «Права первой ночи» каким-то непостижимым образом перекинулось на меня в тот самый миг, когда я прикоснулась к Анрии.

Я представила, как моя кожа иссыхает, как молодость покидает меня, словно тающий сон. И, заметив, как ложка с супом застыла у открытого рта Сэирона, поняла — морок удался. Воодушевлённая произведённым эффектом, я продолжила, вкладывая в голос всю боль и отчаяние: — Этот ваш обряд оказался поистине чудовищным. Понимаете, я магиня, и у меня лишь одно объяснение, почему ритуал обернулся таким ужасным проклятием! Он был настолько древним, что само его существование стало паразитировать на чужой жизненной силе. Чьей именно — вы понимаете. Это… это такое горе. Невыносимое горе. Ведь я тоже собиралась замуж. Мой Роман теперь бросит меня… Голос мой дрогнул, и я разразилась рыданиями, а в голове лихорадочно мелькнула мысль: «И с чего это у меня сорвалось имя Кузнецова? Неужели он нашел меня? Хотя меня, как таковой, в том мире больше нет — лишь физическая оболочка.А вот, сможет ли Ольга убежать от этого дельца?»