Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 53 – Ли Литвиненко

Девушка двигалась быстро. Следовало поторопится с едой, если она хотела успеть к приходу отца. Кожа икрупные рыбьи кости полетели в огонь, обрезанные корешки и сухие веточки следом. А пока похлебка кипела, насыщаясь наваром, можно было заняться нарядом на завтра.

Старая заячья куртка лежала в плетеном сундуке. Бёрк заглядывала в него редко, обычно перед праздниками или когда шила себе новую одежду. Тут были и отданные доброй Полли обноски, и лоскуты из старой уже негодной одежды. Вещей было мало. «Так-так, что тут у нас? Куртка». Бёрк встряхнула ее и придирчиво повертела в руках. Серая и почти лысая кожа сильно полопалась. На сгибах появились дыры, через которые виднелась подкладка. Даже легкий ветерок продует, но ведь сейчас не зима. Ну улице приятно, а в солнечный день даже тепло.

— Ну, попробую…

Бёрк стянула с себя толстый свитер и осталась в одной сорочке. Надела куртку. За годы вещь слежалась и загрубела, но в целом…

— Если на тонкую рубашку, то вполне… — решила Бёрк и поводила руками.

Вещь жала под мышками и впереди — грудь выросла, того и гляди пуговицы вырвет. Придётся перешить их на самый край и, пожалуй, добавить штуки три. Чтоб понадежнее.

— А на голову… — Бёрк наклонилась к сундуку. — Это!

Расправила яркую ткань. Полли отдала, а ей материю подарил кто-то из поклонников. «Бери, — щедро делилась повариха. — Вещь хорошая, дорогая, сама бы носила, только к цвету моих глаз не идет, — и она поднесла к лицу шерстяной квадрат. — Видишь?»

Да, грязно-розовый сразу подчеркнул чуть заметные морщинки у глаз и как-то странно оттенил ее кожу, и пышущая здоровьем гномка сразу стала смахивать на старуху. А синие цветы, нарисованные в центре отреза ткани, были так небрежно размыты на ядовитом фоне, что казались просто кляксами.

Подарок был местью. Отвергнутый кухаркой поклонник, специально преподнёс на прощанье самую страшную вещицу, какую ему удалось найти. Даже Бёрк, никогда не обращавшая внимания на свою одежду, и та отложила его в сторонку и не трогала.

Но сейчас выбора не было. Шапка пахла отцом, а другой нет. А с непокрытой головой было еще хуже: от зеленой краски серенькие локоны Бёрк стали жуткого оттенка.

— Нет, уж лучше платок, — решила Бёрк, смотрясь в зеркальце. — Наряднее.

Платок — единственная вещь, не сшитая ею, а купленная на ярмарке. Значит, дорогая. Оборотень оценит.

Пробравшись вдоль речки, девушка повернула в сторону леса и пошла сквозь заросли покрасневшей ежевики. Колючие плети цепляли одежду и путали ноги, но Бёрк не собиралась сворачивать к дороге. Она специально выбрала эту дорогу — по ней редко кто из хуторян ходил, а значит никто не увидит, как она, разряженная в этот яркий платок, бежит прямо в лапы двуликим.

Ноги словно сами несли ее к вчерашнему незнакомцу. Ни капли гордости. Хотя что она знала о гордости в отношениях с мужчинами? Никакого примера перед глазами не было. Да и понравился он слишком сильно, чтобы воротить нос. Незнакомец…

— Его зовут Гелиодор, — прошептала Бёрк.

Как бы ни опьянена она была эйфорией чувств, но слышала, как называл его тот рыжий, что разрушил их тесное общение.

Половину ночи орчанка проворочалась без сна, думая о нем. Эти глаза, руки, рот… А как жарко он целовал — губы до сих пор пухлые от его напора. Она так замечталась, что стала звать его «Мой незнакомец». А как ещё? Красавчик? Бёрк фыркнула. Вот еще! Хотя это самое подходящее прозвище. Красив как древний бог. Гелиодор.