Книга Кровь Дома Базаард, страница 272 – Дина Шинигамова

Он медленно двинулся вдоль стен, касаясь привычных безделушек, – их было немного, Икайя никогда не была хламьевщицей, лишь пара памятных для нее вещиц. Декоративный камин – дань человеческой моде, в твердыне никогда не бывало сыро или холодно. На узенькой полке над ним стояло несколько фотографий в строгих серебряных рамках: на одной все нынешние внуки Икайи (Каро со смесью жалости и брезгливости нашел себя, отметив отчаянно храбрящееся выражение лица и оскал вымученной улыбки), на другой – дети, трое сыновей и две дочери. На третьей была запечатлена сама Икайя с покойным мужем. Каро привык видеть фотографию с детства, хотя и не застал деда живым, но сейчас, ожидая, пока Икайя допишет письмо, взглянул на портрет другими глазами.

Майро Сильтара был почти на сто лет старше супруги, и, хотя внешне эта разница не так уж бросалась в глаза, задорно улыбающаяся Икайя рядом с серьезным и спокойным вороном выглядела особенно юной. У Майро были резкие черты лица и смугловатая, чуть светлее, чем у Базаардов, кожа. Черный сюртук с красным шейным платком, внимательный умный взгляд… В нем было что-то от Тиора, но без того магнетизма, который заставлял все глаза обращаться к Владыке воронов, когда он появлялся в помещении.

Не потому ли Икайя выбрала Майро, что он напоминал ей юношескуюлюбовь, внезапно подумал Каро, холодея.

– Что ты хотел?

Каро резко обернулся, словно застигнутый врасплох, и вспышка эмоций, отразившаяся в его таэбу, заставила Икайю вопросительно приподнять брови.

Она смотрела на него в упор – спокойная, собранная, перо аккуратно положено на специальную подставку, чернильница закрыта, стопка пришедших писем идеальным параллелепипедом примостилась на углу стола.

Икайя – образец добродетели, требующая того же и от своего окружения. Ее манеры, наряды и репутация безупречны настолько, что только самые злые языки могут вспомнить о человеческой крови, текущей в венах шеру Сильтара.

Каро моргнул, пытаясь представить, что Икайя изменяет своему мужу, а потом и вовсе идет на откровенный обман, выдавая нагулянного сына за законного потомка.

Немыслимо.

– Что случилось? – В ее голосе и таэбу прорезалось беспокойство, и щеки Каро залил румянец.

Опустив голову, он сделал несколько шагов в сторону, встав ровно между окном и Икайей.

– Шаи, почему ты выбрала Майро? – выпалил он, не зная, с чего начать, и все же остро желая добраться до болезненной темы. В детстве, запоминая обращения к высокородным хеску, Каро, не видя разницы между матриархом и Владыкой, назвал Икайю «шами», от волнения и по малолетству потеряв букву «М». С тех пор это слово прижилось, став их маленьким секретом, символом близости.

Икайя молчала несколько мгновений, затем откинулась на низкую спинку резного деревянного кресла и привычным движением разложила и тут же снова сложила веер.

– Странный вопрос. – Взгляд ее чуть затуманился, таэбу колыхнулось приятной тяжестью и прохладой мокрого шелка. – Он не пытался никого из меня сделать. Я не считалась завидной невестой до того, как попала на отбор к ша-Базаарду, и задержалась там неожиданно долго.

Сердце Каро забилось быстрее.

– Неожиданно долго?

Икайя кивнула.

– Тогда было принято приглашать всех девушек подходящего возраста и устраивать несколько приемов, постепенно сужая круг претенденток. За неделю до следующего бала каждая молодая шеру сидела как на иголках, гадая, придет ей приглашение или нет. – Она снова разложила и сложила веер, опустив на него взгляд. – Мне приглашения приходили неожиданно долго. Неожиданно – для девушки из небогатой семьи, у которой в родословной мелькнул человек. Количество приемов Базаардов, которыея посетила, изменило мой светский статус.