Книга Кровь Дома Базаард, страница 106 – Дина Шинигамова

Он нашел взглядом Гри – достаточно было заметить самую шумную точку в зале, – как всегда окруженного толпой волков и знакомых из других кланов. Неподалеку от отца с серьезным выражением лица замерла Лу, молодая волчица уже успела заработать морщинку между бровей и навевала скуку одним своим видом. Даже прическа ее, больше приличествующая возрастным дамам, выглядела излишне строгой и унылой. В нескольких шагах от Тобу, сжимая в руке пустой бокал, мрачной тенью замер Кахалакаста, затянутый в сине-рыжий сюртук. Тиор невольно нахмурился: Первый из койотов, глава второй части клана псовых, был неулыбчив и неизменно держался особняком, предпочитая общество себе подобных. Он не имел реального веса в клане, не пытался ни с кем сближаться, и Тиор порой задумывался, вел бы себя Первый так же, если бы рядом с ним был не шумный и властный Гри, а кто-то более тихий. Все койоты считались Старшими семьями псовых, а потому носили одни и те же цвета, и чуткие пальцы Кахалакасты то и дело пробегали по рыжей отделке синего пиджака, пока другая рука сжимала неизменный бокал вина.

В нескольких метрах от мрачного койота лучом солнца светилась Пип, словно копия сестры, но возведенная в абсолют. Живая, смеющаяся, беззаботная – Тиор невольно вздохнул, понимая, что для Лиан жизнь никогда не будет такой, что ее борьба началась на заседании Совета и продолжится до последнего дня. Пип залилась звонким смехом, подобно отцу не слишком заботясь о манерах и о том, насколько приличествует девушке ее положения так громко смеяться, и шутливо стукнула по руке веером разговаривающего с ней кавалера. Юный волк, стараясь произвести должное впечатление, аж раскраснелся, что-то жарко доказывая Пип, но та лишь лукаво улыбнулась,склонив голову к плечу и всем своим видом выражая шутливое недоверие к его словам. Поклонившись, юноша отправился за напитками, и на лице Пип вдруг тенью промелькнула усталость. Она вскинула голову в словно бы ничего не значащем жесте, но взгляд, быстро охвативший присутствующих, явно кого-то искал. И не нашел.

Когда волчонок вернулся с двумя бокалами, Пип вновь надела маску беззаботности и веселья, мгновенно изменившись.

Тиор перевел взгляд на Гри, ожесточенно доказывающего что-то рослому тигру, – ни одно светское мероприятие не обходилось без подобной стычки двух охотящихся, – и задумался, в курсе ли Владыка псовых, что на сердце у его дочери. Их отношения с Лиан теперь можно было назвать достаточно доверительными, и то, что доверие это, хоть и обусловленное родством, зарабатывалось постепенно, делало его только ценнее. Тиор с настороженностью наблюдал, как менялась Лиан под давлением обстоятельств, и все еще ожидал срыва, капризов, желания все бросить, но ничего этого не было, и затянувшаяся пауза благоразумия даже тревожила его. Но он представить себе не мог, что не обратил бы внимания на моральное состояние детеныша воронов.

И тут же он оборвал эти мысли, отругав сам себя за невольный укор в адрес Гри, не обращающего внимание на своих детей, – а много ли обращал он сам, пока они были рядом? Исчезновение Джабел стало для Тиора не только ударом, но и сюрпризом. Как мог он не заметить, что человеческий мир настолько увлек дочь, что она решилась в итоге отказаться от своей семьи, клана, племени? А Лимар? Тиор вздохнул. Ему казалось, он знает, что происходит в голове у сына, но, разбирая после смерти шибет его бумаги, с удивлением нашел письма от какой-то шеру, явно носящие романтический характер. Была ли эта приязнь односторонней, или Лимар был влюблен? Собирался ли он заключать брачный союз или хотел подождать с этим, как многие мужчины? Собирался ли вообще говорить отцу? Тиор не знал. Занятый делами клана, планированием ходов Игры и ведением бизнеса во внешнем мире, Владыка воронов ничего не знал о своих детях и не мог не думать, что отчасти из-за этого теперь их нет рядом. Сожалеть об этом смысла не было – вышло как должно,– но повторять свои ошибки он не собирался. Нет, не теперь, когда у него остался последний шанс, последняя надежда.