Онлайн книга «Лживая весна»
|
– И в ней тоже, но не только. Когда мне было одиннадцать, мы с дедушкой и мамой ездили в Мемель. У деда там был знакомый, который пригласил нас в гости. Я видела как литовцы – даже не русские, а именно литовцы – вешали таблички на своем языке на дома, построенные нами. Мемель тогда только перешел под их управление, и немецких надписей было еще очень много. Я помню мальчишек, кидавшихся грязью в безногого ветерана с Железным крестом. Видела надписи: «Убирайтесь, немецкие оккупанты!», написанные по-немецки для доходчивости… Это наш город, Хольгер. Тебе ли не знать, сколько крови мы пролили за нашу страну, и грязная падаль, ни камня не положившая в фундамент наших городов, не имеет права называть нас оккупантами. Страсбург, построенный немцами, принадлежит французам и это еще не худший вариант – французы хотя бы взяли его на поле боя, они хотя бы относятся к нам с уважением. Мемель, Данциг, Судеты… Это наша земля! Австрия, подарившая славянам и венграм свободу от турок, что получила от них взамен? Предательство! Смуту! Вот что обещает Гитлер – мы вернем то, что принадлежит нам по праву – вот поэтому я с ним. Мы сможем открыто гордиться своим языком, культурой, своей историей. Неужели ты не хочешь этого, неужели ты против него? – Нет, не против, просто, наверное, я слишком недоверчив к людям. – Тогда доверься мне! – Этим и занимаюсь… – Над чем ты сейчас работаешь? – Дрянное дело. Много убитых, мало следов. Не к ночи об этом говорить. – Хорошо, тебе виднее. – Это не от недоверия к тебе, просто некоторые вещи даже меня пугают. – Понимаю. Обними меня и засыпай, надеюсь, ты сможешь хотя бы до утра выкинуть то, что тебя пугает из головы. – Ты ангел. – Возможно. – Мне надо завтра съездить в Ингольштадт и еще в одну деревню рядом по работе. Я не знаю, сможем ли мызавтра встретиться… Хелена! Хелена! Хм, спит, ну тогда, значит, спокойной ночи… Глава 20 Бавария Пасмурное утро грозило перейти в пасмурный день. Выезд из города был сильно затруднен. Грузовики, запрудившие окраины, ехали на стройку, которая должна была изменить лицо Баварии, да и всей Германии. Где-то там, в скрывавшемся в дождливой дымке далеке, уже работали машины и люди. Рубили лес, долбили скалы, срывали холмы и клали асфальт. Тысячи новых рабочих мест, надежный инструмент и приказ Государства – работать отсюда и до самого горизонта на благо Родины. Новая власть вознамерилась повернуть жизнь целой нации в иное русло и начала с того, что соединяла разные части страны дорогами. Великая стройка была где-то там, впереди, а на выезде из Мюнхена Хольгер и Франц стояли в длинной череде машин, двигаясь непозволительно медленно. Наконец, стройка осталась позади, и Wanderer Вюнша выехал на уже законченную часть автобана, которая вскоре сменилась старой, еще кайзеровских времен, дорогой. Поля, окружавшие Мюнхен, перемежались небольшими рощицами. Леса Баварии не производили столь сильного впечатления, как густые и мрачные леса Гессена, Саксонии или родного для Хольгера Бранденбурга. Бавария была страной полей, хотя на юге этого края начинались Альпы. Поля и рощи Баварии нравились Вюншу больше пустошей и болот Шлезвига, среди которых был затерян портовый город Киль. Хольгеру вдруг пришло в голову, что он уже полгода не выезжал из Мюнхена. «Похоже, наконец, начал прикипать к этому городу…» |