Книга Злодейка желает возвышения, страница 118 – Аника Град, Татьяна Антоник

Цуй Суэлин был слишком необычным. Человек, чье имя наводило ужас на самых отпетых обитателей подземелий Министерства наказаний. Он не был генералом, не имел высоких титулов, но его власть над царством боли и страха была абсолютной.

Спустя несколько томительных минут в дверях возникла его исполинская фигура. Цуй Сюэлин был огромен, его плечи не помещались в дверном проеме. Лицо все покрыто шрамами, а глаза, маленькие и глубоко посаженные, смотрели на мир с ледяным равнодушием палача, видевшего все, что только может вынести человеческая плоть.

— Господин Шэнь, — он склонил голову, но в его поклоне не было ни капли подобострастия, лишь молчаливое признание общего дела.

— Цуй Сюэлин, — Мэнцзы повернулся к нему, держа руки за спиной. — Ты помнишь того человека, о чьей судьбе мы недавно беседовали в тени кипарисов? Того, чья болтливость и дерзость стала для нас… неудобной?

Ни единой мышцы не дрогнуло на лице здоровяка.

— Помню, господин.

— Выведи его из темниц для допроса. Сейчас. Я хочу на него взглянуть. Убедись, что он… сохранил дар речи. Мне есть что ему сказать.

В глазах Цуй Сюэлина мелькнуло нечто, что можно было принять за понимание. Он вновь склонился, на этот раз чуть ниже.

— Сейчас же, господин Шэнь. Все будет исполнено.

Исполин развернулся и бесшумно удалился. Шэнь Мэнцзы снова посмотрел в ночь.

Да, Яо Веймин пока выигрывает, но и у него есть козырь в рукаве.

Министерство Наказаний встретило его запахом ржавого железа, старой крови и отчаянного, животного страха, который въелся в саму каменную плоть здания. Шэнь Мэнцзы ступал по скользким от влаги плитам подземного коридора, и каждый его шаг эхом отзывался в гробовой тишине, нарушаемой лишь далекими, нечеловеческими стонами.

Да, это было истинное царство боли, особенно когда в нем воцарился Цуй Суэлин.

Его провели в камеру-допросную, убранство которой било по нервам своим контрастом. Стены здесь были каменными, окна отсутствовали, а в центре стоял изящный лакированный столик, на котором дымилась пиала с дорогим чаем, а еще лежали ножи, растяжители и другие, очень занятные приспособления.

Воздух, однако, не мог скрыть под собой зловоние, просачивающееся из соседних помещений.

Перед столом на коленях сидел мужчина. Средних лет, с лицом, еще не тронутым физическими страданиями, но уже изможденным страхом. Раньше этот мужчина считался симпатичным. До ушей Мэнцзы доносились слухи, что горничные Запретного города вздыхают по его пленнику.

Он был одет слишком хорошо, даже богато. Его одеяние говорило о нем многое. Он и не из благородной семьи, но приближен к власти. Он был тем, кто долго и искусно прятался в тени, вертясь возле сильных мира сего, но всегда храня верность не тому, кто сильнее, а тому, кому посчитал нужным. Как обидно, что он посчитал нужным кланяться именно Улан.

И что они нашли друг в друге? Их миры очень разные.

Мэнцзы медленно опустился напротив, его взгляд скользнул по дрожащим рукам пленника.

— Наконец-то наши пути пересеклись, — начал Мэнцзы, его голос был ровным и спокойным, словно он вел светскую беседу. — Ты так долго избегал моего общества. Прятался, как мышь в амбаре, которая чует кошку. Помог вывезти наследника Чжоу. И все ради чего? Чтобы в итоге оказаться здесь? Жалко. Ты был так близок к власти. Мог бы служить мне. Но предпочел отдать свою преданность… ей.