Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 159 – Евгений Бочковский

– А сейчас? – возразил Холмс. – Он сделал это, когда забрал гуся, догадываясь, что находится под наблюдением!

– Тоже не выходит. Наши парни наблюдали за ним еще в лавке. Верно, ребята?

Наблюдатели, что ранее передали содержание разговора Хорнера и миссис Окшотт, закивали, а один добавил:

– Он получил гуся в корзине и ни разу не прикоснулся к нему. Взял корзину и пошел до того момента, когда мы ее у него забрали.

– А она?! – указал Холмс на Мэгги. – Вы забываете, что она его приятельница. Иными словами, такая же воровка! Она проделала это.

– Это ваше определение к миссис Окшотт также нельзя применить, – с вежливой улыбкой покачал головой сержант. – Только по противоположной причине. Она, наоборот, имела доступ к птицам, так как стояла неподалеку от графини, но никак не могла попасть туда, где находился несессер. Вплоть до самого переполоха она была перед глазами ее светлости, а позже, когда набежали наши коллеги, ее к месту падения футляра тем более не пустили. Даже если бы она каким-то чудом обнаружила камень после того, как там обшарили всё сверху донизу наши люди, ей гораздо проще было оставить его при себе, так как с нее были сняты все подозрения, а не пихать камень в гуся, чтобы передать затем тому, кого, как она прекрасно слышала, обвинил мистер Кьюсек.

– Хорошо, – вынужден был уступить Холмс. – Как тогда вы объясните наличие камня в птице? Еще скажите, что это почечный камень! Что гуси несутся карбункулами!

– Я бы и сам хотел это знать. Единственное, что хоть как-то увязывает почти всё, выглядит тоже не слишком правдоподобно. Допустим, несессер упал сам. Или вор, если таковой был, уронил его, не успев завладеть камнем. Из него вывалился футляр. И открылся, после чего камень покатился по полу к ногам этого самца.

– То есть вы хотите сказать, что камень был похищен этой коварной птицей? – спросил я с удивлением, так как никогда не слышал о гусином меркантилизме.

– Гуси глотают камешки, это известно, – ответил сержант. – Им всё равно, сколько некоторые из них стоят. Случай, конечно, чрезвычайно удивительный, но, повторяю, так хотя бы объясняются факты, которые в вашу версию, мистер Холмс, не вписываются. Странно, однако, то, что Хорнеру достался именно этот гусь и что вы непостижимым образом умудрились это предвосхитить. Хотел бы я знать, как вам это удалось.

– Для этого вам придется постичь целиком мой дефективный… дедуктивный метод, на что вы в принципе не способны, – запальчиво заметил мой друг.

– Возможно. Но это не отменяет сказанного. Улик против Хорнера и миссис Окшотт нет. А потому я обязан их отпустить. Камень я передам в Скотленд-Ярд, мистер… Эй!.. Мистер Кьюсек, вы здесь?

Пока мы переглядывались, из дальнего угла послышался ответ всё еще бледного, как филе минтая, секретаря ее светлости:

– Я вас слушаю.

– Поскольку делом занимается департамент, камень в качестве улики будет передан на набережную Виктории. Конечно, им виднее, но я думаю, что он будет возвращен леди Моркар только по окончании следствия. Прошу вас передать ей это. Кстати, лучше бы ей появиться там и опознать его, а то мало ли что…

– Несомненно, это он, – сухо заметил мистер Кьюсек. – Но если так принято, я передам ее светлости вашу просьбу.

– Поймите меня правильно. Кто знает…

– Мне понятны ваши опасения. В самом деле, сержант, кто знает, сколько еще самых разных драгоценностей проглотили эти прожорливые твари.