Книга Что скрывает прилив, страница 35 – Сара Крауч

– Нам должны были рассказывать в воскресной школе, но я не помню, что там дальше.

– Искупление, – тихо произнес преподобный Миллс. – История Илии – это история великого искупления. Но сперва ему пришлось найти в себе силы выйти из пещеры.

Элайджа кашлянул, не смея встретиться с ним взглядом.

– Я стараюсь, – прошептал он.

Священник положил широкую ладонь ему на плечо и сжал, подбадривая.

– Для начала неплохо.

Элайджа поднял глаза. К его удивлению, отец Накиты улыбался.

– Ее ведь здесь нет? – спросил Элайджа.

– Нет. Накита в Беллингхеме. Уехала после смерти Кайлена. Его родители владеют землей на острове в Беллингхемском заливе. Она хочет побыть наедине со своим горем.

– Но она… вернется?

– Да, – с уверенностью ответил преподобный Миллс, поднимаясь со скамьи. – Спустя время. Мы оплакиваем умерших год, иногда больше. Но Накита вернется. Здесь ее дом. Когда она позвонит, я могу передать, что ты приходил.

Элайджа встал.

– Нет. Нет, не говорите ей.

Преподобный Миллс проводил его до двери. На прощание Элайджа неуверенно протянул руку, они обменялись рукопожатиями, и он отправился на запад, в обратный путь. Оглянувшись, он увидел, что высокая фигура так и стоит в дверях церквушки.

Элайджа неторопливо бежал к дому, возвращаясь мыслями к тому самому дню. Двадцать второе августа. В тот год Элайджа выпустился из колледжа. Накита наверняка решила, что он забыл о своем обещании, но это было не так. Элайджа и правда собирался приехать. Скопил деньги на билет, уже собрал чемодан. Однако жизнь поставила его перед выбором – и он ошибся.

Элайджа закончил «Прилив» в мае, на последнем курсе, а в июне разослал письма литературным агентам по всей стране. Он искал опытного агента, который поможет ему опубликовать книгу в издательстве. В пятницу, девятнадцатого августа, раздался звонок от агента. Звонившая женщина жила в Сан-Франциско, в паре кварталов от него. Она прочитала рукопись и вызвалась помочь пристроить ее в издательство. Впиваясь в телефонную трубку, Элайджа нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Он готов был пробить потолок и взмыть в небеса, но спираль телефонного провода не давала оторваться от письменного стола и реальности. Женщина расхвалила книгу за хитросплетения сюжета и продуманных персонажей. На вопрос, смогут ли они пообедать вместе в понедельник, чтобы подписать бумаги, Элайджа, не раздумывая, ответил «да». В конце концов, речь шла о его заветной мечте: такая возможность бывает раз в жизни – а тут она сама плывет ему прямо в руки.

Все выходные Элайджа не сомкнул глаз – в мечтах ему грезились выбор обложки с дизайнерами, творческие встречи и автограф-сессии, – и, когда настал понедельник, он сгреб отложенные на самолет деньги, собираясь произвести на агента впечатление и предложить заплатить за обед в вопиюще дорогом ресторане в элитном районе Пасифик-Хайтс.

Во вторник, двадцать третьего августа, Элайджа, еще окутанный эйфорией после подписания контракта, распаковал чемодан. Укладывая одежду обратно в комод, он успокаивал себя тем, что Накита, скорее всего, и думать забыла об их уговоре. В последний раз они переписывались, когда Элайджа был на втором курсе; постепенно письма стали приходить все реже, телефона у нее не было, – так что в том, что они потеряли связь, виноват не он. Даже если предположить, что Накита все-таки пришла к озеру, то узнай она, что он в этот день подписывал договор с литературным агентом, она бы его простила. Он ведь следует за мечтой – и Накита должна была отнестись к этому с пониманием.