Книга Призрак Викария, страница 123 – Эрик Фуасье

Он постарался сосредоточиться на тенях, которые пламя фонаря заставляло плясать на стенах; в итоге ему удалось совладать с эмоциями и перестать думать об окружающей его толще земли, в которой он заключен, как в могиле. Таким образом Валантен преодолел десяток метров – и встал как вкопанный, когда свет выхватил из темноты перед ним кошмарную сцену.

Маленькая жертва сидела на земле, привалившись спиной к стенке туннеля. Кровь, вытекшая из перерезанного горла, пропитала одежду и разлилась лужей под ногами. Валантен, задыхаясь от горя и гнева, приблизился и рухнул рядом на колени. Не боясь запачкаться, обхватил мертвое, остывшее уже тело и прижал его к груди, будто хотел убаюкать, утешить…

Юный чистильщик обуви больше не будет драить чужие штиблеты, а его недостижимые мечты по вине Валантена обратились в подлинный кошмар.

– Ты правда думаешь, что это необходимо?

– Я более не сомневаюсь, что Викарий решил взяться за тех, кто мне дорог. Рано или поздно он доберется до вас. Если вы согласитесь пожить у меня, мне будет спокойнее.

Валантен был потрясен убийством Клопа и чувствовал себя отчасти виновным в его смерти. Если бы он не поручил мальчику следить за Викарием, тот был бы жив. Он, конечно, предупредил Клопа, чтобы тот не рисковал ни в коем случае и убегал при малейших признаках угрозы, но этого оказалось недостаточно, чтобы защитить маленького чистильщика обуви. Именно привязанность Валантена к уличному мальчишке того и погубила – Валантен не сумел предвидеть такого поворота и знал, что теперь еще долго будет корить себя за это. «Как Мальчик-с-пальчик из сказки, я стану разбрасывать драгоценные камешки и позабочусь о том, чтобы ты находил их в надлежащее время». Эта фраза из письма Викария внезапно обрела смысл под землей в Ла-Куртий. Таков был замысел воспаленного мозга безумца – разбрасывать трупы, как ориентиры, на дороге, которая должна привести к нему Валантена. Трупы тех, кто ему, Валантену, дорог… За этим открытием последовало другое, еще страшнее первого: жизнь Аглаэ под угрозой! Терзаемый страхом и угрызениями совести, инспектор покинул Ла-Куртий и бросился туда, где жила актриса. Нужно было во что бы то ни стало убедить ее довериться его защите.

– Хорошо, я готова поверить, что Викарий может использовать меня, чтобы уязвить тебя, – сказала Аглаэ. – Но почему ты думаешь, что сможешь меня защитить, заперев у себя в квартире? И сколько времени мне придется там прятаться? Ты и твой приемный отец годами безрезультатно преследовали этого преступника. Не могу же я остаться взаперти навечно!

Валантен сидел как на угольях. Когда он мчался к Аглаэ, у него в голове была одна-единственная мысль: спрятать девушку в безопасном месте как можно скорее. Самым простым решением было отвезти ее на улицу Шерш-Миди и доверить заботам добрейшей Эжени, а к квартире приставить полицейского, чтобы вел наблюдение. Но убедить молодую энергичную актрису оказалось труднее, чем он ожидал.

Мучимый тревогой, охваченный желанием немедленно спрятать Аглаэ подальше от любых угроз, молодой человек и сам не заметил, что впервые перешел с ней на «ты»:

– Тебе и не придется становиться затворницей! Сейчас я заканчиваю расследование одного деликатного дела, которое требует моего постоянного внимания. Мне нужна всего пара дней – речь там идет о жизни и смерти. Я пока не знаю всех обстоятельств, но точно могу сказать, что, кроме меня, сейчас никто не сумеет помешать преступнику достичь своих целей. Как только это дело благополучно разрешится, я сам смогу позаботиться о твоей безопасности и заняться Викарием.