Книга Ночи синего ужаса, страница 123 – Эрик Фуасье

– Могу догадаться, что у вас от всего этого голова кругом идет, – участливо сказал Видок. – И должен признаться, я ожидал чего-то подобного, ведь мне удалось лишь немного приподнять завесу тайны над вашим прошлым, и было ясно, что вы захотите большего. Поэтому, прежде чем поделиться с вами моими изысканиями, я прикинул стратегию дальнейших действий. И пришел к выводу, что ковать железо надо, пока оно горячо.

– Что вы имеете в виду?

– Едем сегодня же в Мелен и завладеем архивом Фуше. Если повезет, найдем там причину, по которой он приказал Викарию похитить вас, когда вы были ребенком.

– Но как же наше расследование в Париже? Я не могу все бросить ради того, чтобы раскрыть тайну своего прошлого! Это противоречит долгу полицейского!

– А кто говорит – все бросить? – возразил Видок. – Вы сами сказали, что прежде всего надо побольше разузнать о пресловутом Делькуре и что вы собираетесь поручить это Аглаэ. Так и сделайте! А после этого мы с вами вдвоем сразу отправимся в Мелен. Моя личная карета уже внизу. Дорога займет пять часов. Проникнуть в дом главного городского судьи и завладеть документами – на это понадобится еще от силы час или два. Если все пройдет хорошо, вернемся обратно к полуночи. А завтра вы снова возьмете расследование в свои руки и, освободив наконец разум от лишних мыслей, сможете употребить всю энергию на то важное дело, которое нам поручил господин первый министр.

В глубине души Валантен должен был себе признаться, что он хотел услышать именно эти слова. Тепло поблагодарив друга за неоценимую помощь, он взбежал по лестнице на последний этаж, в Бюро темных дел, чтобы раздать указания подчиненным.

Не прошло и получаса, как инспектор уже уселся в фаэтон[115]Видока, и друзья, покинув Париж, устремились во весь опор по Меленскому тракту.

Колокола церквей отзвонили четыре часа, когда двое полицейских прибыли к месту назначения. Поездка прошла без помех, остановились они лишь раз, чтобы сменить лошадь на почтовой станции, и на протяжении всего пути поддерживали быстрый темп. Первый же попавшийся им местный житель в Мелене, крестьянский парень с копной соломенных волос, показал, как добраться до жилища главного судьи, добавив, что приезжие господа едва ли застанут месье Поэрсона дома в этот час понедельника, потому что его честь наверняка еще в палате правосудия председательствует на первом заседании недели. К его удивлению, эта новость, вместо того чтобы огорчить путешественников, привела их в восторг, но монета в двадцать су, врученная ему Валантеном, избавила парня от вопросов, которые могли бы у него возникнуть, и, ровно в ту же секунду забыв о двух незнакомцах, он поспешил в ближайший кабак, чтобы немедленно обратить презренный металл в жидкое золото.

Частный особняк судьи Поэрсона, первого председателя городского суда и досточтимого мастера ложи «Сплоченных сердец», стоял в чистеньком и безмятежном пригороде Мелена, вдали от торговой суеты. Это было красивое буржуазное здание, двухэтажное, с величественным фасадом и каменными маскаронами[116]над дверями и окнами. Суровый вид крыши с синеватым кровельным сланцем и массивными дымовыми трубами скрашивали декоративные вазоны на карнизе, увенчанные каменными языками пламени. За решетчатыми главными воротами перед фасадом простирался мощеный двор. Позади особняка длинная стена, увитая плющом, опоясывала небольшой сад, где виднелись купы деревьев, а незримые цветы наполняли воздух благоуханием. По саду вилась утоптанная земляная тропинка.