Онлайн книга «И река ее уносит»
|
Был сентябрь. Слишком рано для листопада. Тогда почему… И тут на нее обрушились образы: она идет по черному лесу, освещая путь фонарем. Выходит на поляну, опускается на колени и погружает ладони в землю. Там молочный зуб. Странная, эйфоричная легкость. После этого все в тумане: едва различимые очертания, наполненные ужасом глаза Марка. А потом… Она тяжело выпрямилась, осматриваясь. Первое, что она увидела, – фонарь. Лампа то затухала, то разгоралась снова, круг света то расширялся, то сжимался, как зрачок. Марк находился рядом, бледный, ему явно было нехорошо. Когда фонарь разгорелся ярче, она увидела пустой разрыв в земле – в нем не оказалось ничего, кроме лужицы грязной воды. Пахло странно. Соль, железо и что-то сладковато-гнилое, как залежавшиеся фиги. А за кругом света – только темнота. – Мираэ, – окликнула она, ее голос звучал хрипло. Она позвала еще раз, и имя сестры прорезало идеальную тишину поляны. Молчание. Ни одно животное, ни одно насекомое не шелохнулось в кустах. Ей все померещилось? Как сестра поднимается из-под земли, выбирает листья из волос длинными бледными пальцами. Суджин обнимала ее. Больше она ничего не помнила. Ее руки ощущали одновременно обжигающий жар и холод. Они выглядели странно: кожа сморщилась, словно она долго держала их под водой. Ее пальцы оплетали длинные черные волосы, такие же, как у нее самой. Суджин согнулась, хватая ртом воздух. – Господи, – простонала она. Слезы жгли глаза, и она прижала к векам грязные костяшки, чтобы не дать им политься по щекам. Если она расплачется, поражение станет реальным. Она качалась, стоя на коленях, и бормотала: – Господи, господи. Черт побери. Чьи-то теплые руки обхватили ее. Марк очнулся. Но нет. У него руки были в мозолях от работы в саду. А эти были гладкие. – Господи?Ты поддалась папиным упрекам и решила вернуться к вере? Он, наверное, рад. Суджин убрала ладони от глаз. Мгновение недоверия она не ощущала ничего. А потом осознание обрушилось на нее. Этот голос. Этот голос.Потрясение было настолько сильным, что в какой-то момент превратилось в ужас, и у нее волосы на затылке встали дыбом. Ее охватило инстинктивное желание убежать от неведомого, пока она не вспомнила, что оно вовсе не является неведомым. Это… Тот, кто стоял у нее за спиной, отстранился. Суджин схватила его руку, чтобы ее обладатель не исчез, и резко развернулась. Это была обнаженная девушка, ее длинные темные волосы, безнадежно запутанные, падали на грудь. Хотя воздух был холодным, она будто не мерзла. Суджин видела, что она попыталась отряхнуться, но земля все еще грязными полосами расчерчивала ее кожу. Однако под слоем грязи кожа казалась безупречной. Кукольной. Кожа, в которой еще не жили. Мираэ. Мир вокруг Суджин перестал существовать. Она не видела ничего, кроме сестры, зрение по краям расплывалось, как во сне. – О господи, – выдохнула Суджин. – Эй, привет, – сказала Мираэ, смущенно улыбаясь. – Можно одолжить твою куртку? Ошеломленная, Суджин до этого не задумывалась, что сестра голая. Она неловко расстегнула молнию. – Ох, да. Конечно, держи! Она передала куртку сестре, и та взяла ее, игриво постучав Суджин по носу. – Ужасно выглядишь, – произнесла она, а затем надела куртку. Потрясенная обыденностью этого разговора, Суджин вытерла лицо. Рукав свитера был перепачкан землей и засохшей кровью. Она смутно помнила вкус теплого железа. То, как она не могла вытащить руки из земли, чтобы зажать кровоточащий нос. Мираэ опустилась на колени и приложила ладонь ко лбу Суджин. |