Книга Эгоистичная принцесса, страница 125 – Ада Нэрис

Она оттолкнулась от стены и пошла дальше, быстрее,почти бегом. Ей нужно было увидеть Рэйдо. Нужно было рассказать ему о нападении, о своих страхах, о новых данных из архива. Нужно было убедить себя, что всё, что она сейчас чувствует, — лишь паранойя, следствие недосыпа и постоянного напряжения.

Но зерно уже было посеяно. Крошечное, незаметное, оно лежало где-то в глубине её души и ждало своего часа. Ждало, когда прорастёт. Когда превратится в нечто, что уже невозможно будет игнорировать.

А в покоях Тиары, оставшись одна, Принцесса Света отставила чашку с чаем, подошла к зеркалу и внимательно осмотрела своё отражение. Её лицо, только что такое испуганное и благодарное, теперь было спокойным и сосредоточенным. Она подняла руку, повертела ею перед глазами, рассматривая чистую, нетронутую кожу, и чуть заметно улыбнулась.

— Аккуратно, — прошептала она своему отражению. — Очень аккуратно. Она почти поверила. Почти.

Она опустила руку и посмотрела в темноту за окном, туда, где, возможно, её тени уже готовили следующий шаг в этой сложной, многоходовой игре. Игры, в которой ставкой были не просто жизни, а сама суть этого мира.

Подземелье под старой часовней никогда не отличалось гостеприимством. Сырые каменные стены, покрытые плесенью, узкие бойницы, в которые едва пробивался тусклый утренний свет, и запах — тяжёлый, металлический запах страха и крови, въевшийся в камни за долгие годы. Здесь когда-то держали пленников во время междоусобных войн, потом помещение забросили, а теперь, по распоряжению Рэйдо, его приспособили для временного содержания особо опасных преступников. Никто из дворцовой стражи не знал об этом месте — только Ледяной Кронпринц и пара его самых доверенных людей.

Пленник висел на цепях, прикованный за запястья к стене. Точнее, он не висел — он был вморожен в ледяную глыбу, которую Рэйдо создал вокруг него сразу после поимки. Только голова и плечи торчали из этого прозрачного саркофага, иней покрывал волосы и брови, а глаза, широко раскрытые, смотрели в пустоту безумным, затравленным взглядом.

Рэйдо стоял напротив, скрестив руки на груди. Его лицо было бесстрастной маской, но внутри бушевала буря. Этот человек — один из тех, кто напал на Тиару. Один из тех, кто осмелился поднять руку на принцессу Света в самом сердце дворца. И Рэйдо был полон решимости вытрясти из него всё, до последней капли.

— Ты слышишь меня? — голос Рэйдо был тих, но в каменном мешке он звучал как удар колокола. — Я задам тебе несколько вопросов. Если будешь отвечать честно, я сделаю твою смерть быстрой. Если будешь молчать или лгать — я буду замораживать тебя по кускам, начиная с пальцев ног. Ты будешь чувствовать, как твоё тело превращается в лёд, и не умрёшь, пока не замёрзнет сердце. У тебя есть время подумать.

Пленник не ответил. Только смотрел своими безумными глазами, и в них, странное дело, не было страха. Только какая-то жуткая, нечеловеческая решимость. Губы его шевелились, будто он читал молитву, но звука не было слышно.

Рэйдо шагнул ближе. Лёд под его ногами похрустывал, и каждый шаг отдавался эхом в тишине подземелья.

— Кто послал вас? — спросил он. — Кто заказал покушение на принцессу Тиару? Отвечай.

Пленник вдруг улыбнулся. Медленной, страшной улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. Его губы разомкнулись, и он прошептал одно только слово: