Книга Тройняшки, страница 29 – Ада Нэрис

Они лежали потом вперемешку, под случайными лучами солнца, прикрытые ее розовым пальто. Он держал ее в объятиях, чувствуя, как тяжелая цепь на его душе немного ослабла. Тоска по Виолетте не исчезла, но она отступила, уступив место тихому, мирному умиротворению.

Амелия положила голову ему на грудь, прямо рядом с меткой, но теперь это не вызывало в нем тревоги.

— Я люблю тебя, Лео, — тихо сказала она. — По-настоящему. Не какигрушку. Не как трофей в игре с сестрами. Я люблю того парня из кафе, который поднял мою книгу. Который боится, но продолжает идти. Который ищет свет даже во тьме.

Он смотрел на стеклянную крышу оранжереи, по которой ползли пушистые облака, и ее слова падали ему в душу, как семена. «По-настоящему». Он всегда искал настоящего. Настоящей работы, настоящих чувств, настоящей жизни. И он всегда боялся, что не найдет.

И вот оно было здесь. В объятиях этой хрупкой, но невероятно сильной девушки. Она предлагала ему не забвение в страсти, не покой в рабстве, а что-то гораздо более сложное и ценное — совместную борьбу. Настоящую любовь.

И впервые за все время сумасшествия, впервые с той самой ночи в кафе, в его голове возникла ясная, четкая мысль, не затуманенная ни страстью, ни магией, ни страхом.

Выбор.

Он не просто метался между тремя сестрами. Он выбирал между тремя путями. Тремя версиями себя. И глядя на спящее, умиротворенное лицо Амелии, он начал понимать, какой из этих путей вел к тому самому, настоящему, что он так искал.

Он еще не знал, хватит ли у него сил сделать этот выбор. Но он впервые захотел попытаться.

Селина не звонила. Не писала. Не появлялась. Ее молчание было оглушительным. После той ночи, полной дикой страсти, он почти ожидал, что она будет преследовать его, требовать продолжения, насмехаться над его смятением. Но ее не было. И это беспокоило его больше всего. Он ловил себя на том, что прислушивается к реву мотоциклов на улице, искал в толпе ее серебряную голову и дерзкую улыбку. Он скучал по ней. По тому, как она взрывала его привычный мир, заставляя чувствовать себя живым, пусть и через боль и риск.

Он понимал, что это болезнь. Что тяга к ней — это зависимость, но понимание не делало ее слабее.

Сообщение пришло глубокой ночью, когда он ворочался в постели, не в силах уснуть. На экране телефона вспыхнуло одно единственное слово от неизвестного номера: «Крыша».

Сердце его бешено заколотилось. Он знал, от кого это. Знак был слишком характерным. Коротким, дерзким, не терпящим возражений. Он не ответил. Просто лежал и смотрел на это слово, чувствуя, как по его жилам разливается знакомый коктейль из страха и предвкушения.

Через пять минут пришло второе сообщение: «Жду. 30 минут. Не заставляй меня тебя искать»

И адрес. Самый известный небоскреб в городе.

Лео встал с кровати. Руки его слегка дрожали, но внутри царило странное спокойствие. Решение было принято за него. И в каком-то смысле это было облегчением. Он не стал долго собираться, накинул темные джинсы, черную футболку и косуху. Его образ должен был соответствовать моменту.

Дорога до небоскреба заняла двадцать минут на ночном такси. Город спал, лишь кое-где горели окна, словно звезды, упавшие на землю. Он вошел в пустой, освещенный холодным светом холл, показал смс охраннику, который кивнул и молча проводил его к лифту. Все было подготовлено. Все было по ее сценарию.