Книга Королева скалистого берега. Песнь валькирии, страница 56 – Любовь Оболенская

Ну и мошкара, конечно, лютовала!

Возле фьорда ее гонял ветер, практически постоянно дующий то с моря на берег, то в обратную сторону. Здесь же, среди деревьев и скал ветру негде было развернуться, и гнусные насекомые целыми черными облаками набрасывались на путников. Опытные викинги несли с собой плошки с тлеющим лесным мхом и шерстью, смоченной китовым жиром, которые отчаянно чадили, хоть как-то отгоняя комариные тучи. Но все равно это не спасало от укусов летающих тварей, которые вообще непонятно чем питались, когда путников поблизости не было.

Однако при всех неудобствах путешествия стоило отметить, что природа вокруг была просто потрясающе красивой!

Густые леса в дымке утреннего тумана…

Величественные скалы, подпирающие вершинами низкие облака…

Солнце, своими нежными лучами освещающее великолепный пейзаж…

И, конечно, невероятно вкусный воздух, состоящий из прохладной свежести и аромата хвои, который кружил голову, словно легкое вино. Его хотелось пить, закрыв глаза от восхищения… Думаю, даже в тайге моего времени уже не получится так насладиться процессом простого дыхания, ибо человечество за пару столетий цивилизации умудрилось изрядно загадить планету, что отражается даже на глухих ее уголках, до которых прогресс еще не добрался…

Тормод сидел на передней телеге и где голосом, а где длинным копьем указывал оптимальный путь вознице, который управлял медлительным быком. Мне подумалось, что, наверно, при каждом успешном правителе есть такой вот «серый кардинал», который и совет дельный подкинет в непростой ситуации, и прикрикнет на сомневающихся, и, если что, лично насадит на копье того, кто посмеет рыкнуть в сторону опекаемого владыки. Даже не знаю, что бы я делала без этого крепкого старика, который с самой первой минуты моего переселения в тело Лагерты взял надо мной шефство. Можно считать, что мне с ним крупно повезло, – и надеюсь, что его отеческое отношение ко мне не иссякнет, ибо все хорошее в жизни имеет свойство заканчиваться…

Ближе к вечеру легкий ветерок донес до нас запах моря.

– Заночуем здесь, – сказал Тормод. – Ибо не дело напрягать соседей проблемами ночного размещения нас и нашего товара. А с рассветом сразу выдвинемся вперед, чтобы с третьими петухами въехать в Каттегат.

Меня как-то попервоначалу удивило, что скандинавы, как и славяне, помимо прямого назначения использовали петухов вместо будильников. Но, с другой стороны, при отсутствии электрического освещения люди всей планеты жили просто: пока светло – работаем, как стемнело – ложимся спать. И для такого режима громогласное утреннее «кукареку» было весьма удобно… хотя с непривычки меня немного подбешивало. Ну, что делать. До приятной пробуждающей музыки на смартфоне еще примерно двенадцать столетий, так что хочешь не хочешь, а придется привыкать ко всему, что преподносит местная объективная реальность.

Ночь прошла на удивление спокойно – видимо, комарью не нравился запах близкого моря и костров, сложенных из вымоченного туманами валежника. А с утра Рауд прекрасно справился и без петухов, зычно заорав:

– Подъем, братья и сестры! Нас ждет ярмарка в великолепном Каттегате! Поторопитесь, пока наши добрые соседи не разобрали лучшие прилавки!