Книга Дело в ридикюле, страница 199 – Анна Лерн

— Добрый вечер, мистер Тайсон, — поздоровался виконт, приглаживая растрепавшиеся волосы. — Я готов выслушать ваш вердикт.

— Добрый вечер, ваша милость, — доктор указал ему на кресло. Его лицо оставалось серьёзным. — Присаживайтесь.

— Господи, у вас такое лицо, будто я при смерти! — воскликнул лорд Флетчер. — Что-то случилось?

— Виконт, мне жаль, но я должен сообщить вам нечто очень важное и, боюсь, не самое приятное. Результаты обследования и наш с вами разговор позволили мне прийти к однозначному выводу. Повторюсь ещё раз: причина того, что леди Флетчер не может зачать ребенка... кроется не в ней.

Лорд Флетчер резко выпрямился.

— Что вы хотите сказать, доктор? — в его голосе зазвучали металлические нотки.

— Я хочу сказать, — произнёс доктор Тайсон, глядя ему прямо в глаза, — что на данный момент вы не можете иметь детей. И, судя по некоторым признакам, эта проблема возникла у вас довольно давно.

Виконт смотрел на доктора, не веря своим ушам.

— Невозможно! Это какая-то ошибка! У меня есть Адель! — резко сказал лорд Флетчер. — И моя жена была беременна совсем недавно!

— Ваша милость, Адель родилась много лет назад. А вы упоминали в нашей беседе одну деталь, которой тогда, возможно, не придали значения. В молодости, лет через пять-шесть после рождения дочери, вы участвовали в скачках и получилисерьёзную травму при падении с лошади. Вы говорили, что сильно повредили область таза и долго восстанавливались…

Лорд Флетчер судорожно сглотнул. Да, он помнил то падение. Адская боль, месяцы, проведённые почти без движения. Тогда все силы были брошены на то, чтобы он снова мог ходить, вернуться к привычной жизни. О каких-то других, более отдалённых последствиях никто и не думал.

— Эта травма, — продолжал доктор Тайсон, — вероятнее всего, и стала причиной необратимых изменений, которые привели к вашему нынешнему состоянию. Возможно, произошло повреждение семявыводящих протоков или иные внутренние нарушения, которые тогда остались незамеченными или не были правильно оценены. К сожалению, в то время диагностические возможности были ограничены, и такие последствия не всегда выявлялись.

Виконт сидел, как громом поражённый. Его жизнь, его представления о себе, о своей семье, о вине, которую он негласно возлагал на жену все эти годы — всё это рассыпалось в прах. И тут он, пытаясь ухватиться за последнюю соломинку, воскликнул:

— Но я же говорю! Вы ошибаетесь! Леди Флетчер понесла от меня, но случился выкидыш...

Было видно, что доктор Тайсон чувствует себя неловко. Он снял очки, медленно протёр их, словно пытаясь выиграть время, прежде чем сказать нечто, что окончательно разрушит мир лорда Флетчера. — Ваша милость, — начал он тихим, но твёрдым голосом, — возможно, вам лучше поговорить на эту тему с вашей супругой. Поверьте, это будет лучший способ прояснить ситуацию.

Последние слова доктора прозвучали как приговор, как удар молнией. Лорд Флетчер побледнел, его глаза расширились от ужаса и непонимания. Он не мог поверить в этот подтекст, в это чудовищное предположение. Виконт резко вскочил с кресла и, не сказав ни слова, выскочил из кабинета.

Выйдя из гостиницы, виконт почувствовал, как земля уходит из-под ног. Шум улиц, цокот копыт по мостовой, отдалённые голоса — всё слилось в один неразличимый гул. Мелкий моросящий дождь, который ещё недавно казался просто неприятным, теперь обрушился на него ледяным душем. Но лорд Флетчер не чувствовал холода. Внутри него бушевал пожар: обжигающая, всепоглощающая ярость. Ярость, смешанная с невыносимой болью. Боль предательства. Боль унижения. Боль от осознания того, что вся его жизнь, его брак, его одержимостьнаследником — всё было построено на лжи. На её лжи.