Онлайн книга «Хозяйка «Волшебной флейты». В бегах»
|
Разве только сбежать обратно в мой мир, но как? Ехать искать мадам Корнелию? Это единственный вариант, хоть я и не знаю пока, каким образом осуществить настолько сумасшедший план. Я так устала… — Пойдёмте-ка, госпожа Городищева, — с лёгким смешком Баронов вынул из моей руки недоеденный пирожок. — Вам нужно отдохнуть. — Утро вечера мудренее, да? — вяло пробормотала я, подчиняясь его властному жесту. Доктор поднял меня и проводил до кровати за цветастой шторкой. Не раздеваясь, я легла, съёжилась под тонким одеялом. Ноги почти сразу стали чугунными — удивительно, как не продавили матрас. По ним тут же забегали стада мурашек, неприятно тревожа мышцы судорогами. Как же я не люблю болеть! А ещё говорят, что беременность не болезнь… — Спите, Татьяна Ивановна. Утром всё наладится. Голос Баронова скрипел над ухом. А может, это были чьи-то осторожные шаги по старым рассохшимся половицам. И прохладная ладонь на моём лбу — ладонь ли? Или влажный волчий язык? Разве это всё не сон? Снов в эту ночь я не видела. Просто закрыла глаза, открыла их — а в избе уже светло не от свечи, а от солнца за крохотным оконцем. Вставать не хотелось — я не отдохнула совершенно. Правда, ногам было уже легче, и под ложечкой сосало от голода. Я могла бы съесть целую кастрюлю супа или чугунок картошки с мясом! У печи кто-то гремел посудой. Я потянулась, пытаясь понять, хорошо мне или не очень. По всему выходило, что не айс. Тошнить не тошнило. Мутить не мутило. В голове путались мысли. О чём мы говорили с Бароновым перед тем, как я уснула? Мне нельзя идти с ожерельем к Раковскому… Да, это очевидно. Но что мне делать? Кто мне поможет теперь? Надо было соглашаться на дурацкое предложение Полуяна. Сейчас же и Полуян мёртв. Все мои защитники мрут, как мухи… Будь проклят тот день, когда мадам Корнелия притащила меня в этот мир! Ведь знала же, что нужно бежать без оглядки от аккуратненькой старушенции в пять утра в сквере на Тверском… Решительно откинув одеяло, я встала ногами на холодный пол. Нос уловил странный запах. Я уже слышала его совсем недавно. Пахло мокрой псиной. Волк всё же был тут ночью? И ещё какой-то запах, совсем забытый, но такой родной. Так пахли волосы Платона… — Парашка, что барышня — проснулась? Баронов вошёл в избу, стукнув дверью. С кровати его не было видно, но я машинально запахнула свои шифоновые шмотки на груди. Откликнулась женщина, по голосу — совсем деревенщина: — Не-е-е, спить ишшо. — Я не сплю, — отозвалась, внезапно помрачнев. Платон умер. Всё плохо, просвета нигде не видно, и Баронов не может мне помочь. — Ваш вид позволяет мне отдёрнутьзанавесь? — осведомились от печи. Я хмыкнула: — Вчера вас этот вопрос не особо волновал. Заходите уже. Он появился с поклоном, осмотрел меня с ног до головы и заметил: — Сегодня вы выглядите свежее. — Вашими молитвами, — пробормотала, пытаясь разобрать полы одежды. — Желаете переодеться во что-нибудь более приличное? Я пожала плечами. Образ принцессы Шахердистана мне порядком надоел, но выходить из него пока ещё слишком опасно. Спешить нельзя погодить. — Господин Баронов, я знаю, что это не лучшее решение, но должна поехать к Раковскому. Вы мне поможете? — Помогу, — сказал он просто. — Но другим манером. Вы не поедете к Раковскому. Он протянул мне газетный листок и отвернулся. Я всмотрелась в буквы чужого алфавита и разобрала: «Вчера вступил в новую должность полицмейстер Михайловского участка господин барон Ларин Илья Алексеевич, полковник. Ворам, бандитам и прочим преступным личностям остаётся лишь трепетать от страха!» |