Книга Путешествие цветка. Книга 1, страница 158 – Го Го

Хуа Цяньгу тут же установила с помощью ци защитный барьер, чтобы нечисть не овладела ее сознанием. Звуки флейты постепенно становились чище и глубже, подобно туману, покрывавшему озерную гладь. Нежная мелодия вызывала перед глазами безмятежный пейзаж огибавших горы изумрудных вод. В музыке непринужденность сочеталась с ощущением безграничной свободы, а умиротворение – с невероятной легкостью.

Мысли Хуа Цяньгу устремились к облакам – но тут же звуки флейты будто вновь скатились вниз. Мелодия зазвучала так жалобно и горестно, что девушку охватила глубокая, мучительная скорбь.

Череп неожиданно холодно усмехнулся, раскрыл рот, вытянул язык длиной в три чи и выплюнул маленькую птичку, тут же приземлившуюся на кончик его языка. Птичка дважды откашлялась и внезапно запела женским голосом, вторя мелодии флейты:

Этот голос хотелось слушать, в нем звучала затаенная обида, но исходил он от маленькой птички – абсурдная, наводящая ужас картина. Мурашки пробежались по телу Хуа Цяньгу.

Два злых духа продолжали свое состязание: один играл, другой пел. Чем звонче становилась мелодия, тем выше уносился голос. Чем больше в музыке появлялось затаенной обиды, тем горестнее звучала песня. Сердце Хуа Цяньгу билось неровно. Не в силах продолжать слушать, она поспешила заткнуть уши.

В ожесточенном музыкальном противостоянии чувствовалась ярость битвы, убийственная аура становилась насыщенней. Изо рта Бычьей Головы вдруг медленно потекла алая кровь и закапала на иссиня-черную флейту. Мелодия стала еще более странной и поразительной, а изо рта Черепа вылетело еще больше птичек, заполнивших каждый уголок храма. Дружный хор сотен птиц противостоял звучанию флейты.

Наконец определился победитель. Бычья Голова воспользовался преимуществами божественной флейты – пронзительный звук разрезал пространство, как если бы сразу десятки тысяч острых мечей атаковали Череп. В одно мгновение разорвались сердца и легкие всех птиц одновременно, обагрив храм кровью.

В голове Хуа Цяньгу тоже что-то треснуло, истинная ци ослабла. Плюх! – она свалилась с потолочной балки.

* * *

Теперь все трое ошеломленно уставились друг на друга, не сразу сообразив, что произошло. Хуа Цяньгу про себя воскликнула: «Плохо дело! В этот раз точно сожрут». Увидев повсюду трупы птичек, она испытала приступ тошноты и, с трудом сдержав рвоту, подумала: «Похоже, уже никак не скрыться. Одна против двоих вряд ли справлюсь. К счастью, они не такие, как низшие злые духи, наполненные ненавистью и сразу бросающиеся на людей. Может, припугнуть их? Вдруг получится выкрутиться». Широко раскрыв глаза, она прокричала:

– Да что ж такое! Кто нарушил сон великой совершенствующейся?

Оба духа замерли, остолбенев от страха. Разве это не обычная сопливая девчонка? На вид ей, кажется, не больше двенадцати-тринадцати лет. По запаху вроде человек, а строит из себя не пойми кого. Точно нарывается на неприятности.

– Мы тут в силе состязались, а ты, девчонка этакая, вылезла откуда-то, вмешалась и испортила нам настроение! Съедим теперь тебя! Съедим! – Раздосадованный поражением Череп как раз искал возможность выплеснуть эмоции.