Книга Кольцо купеческой дочери, страница 41 – Виктория Соколова

Варвара не мучилась ожиданием, снедаемая взамен алчными мечтаниями. Так близко к гибели — и спасена. Нет, это что-то да значило. Она чуть не подпрыгнула от радости, когда Никита прошел в подземелье через дверь, за которой винтовая лестница вела наверх в замок. Он остановился у решетки и косо улыбнулся ей. Что-то странное, первородное показалось ей в его лице, но она тут же забыла об этом.

— Здравствуй, Варвара.

— О,здравствуй, здравствуй! — сказала она с чувством. — Где Ярослав?

— Отправился в Подводное царство.

— Славно. Когда он вернется, мы будем наготове. Я спрошу Ягу о приворотном зелье и тогда…

Он отворил дверь.

— Ну, идем.

Она выскочила из двери, но вдруг Никита перехватил ее одной рукой поперек живота. Она, улыбаясь и не понимая, оглянулась, как вдруг острый нож вошел ей в спину. Резкая боль охватила все ее туловище, она попыталась отпрянуть, но боль только разрасталась. Варвара всхлипнула и, теряя сознание, стала цепляться руками за руки убийцы, за решетку, за стены, пока ее не положили на солому.

— Ты была права, — сказал он ей. — Про тех стражников, которые знали, что я их опоил. Я с ними разобрался. Иначе бы они меня выдали рано или поздно. Как и ты. Под пытками ты сказала бы царю, что я сделал с его настоящей женой.

У нее уже не было сил смотреть ему в лицо и она лежала, глядя на пол и его сапоги. Никита переступил с одной ноги на другую.

— Бежать ты бы не сумела. Царь поставил везде охрану, мышь не проскочит. Спи спокойно, сестра…

Она только открывала рот, бессловесно зовя его, но вскоре все вокруг отдалось темноте.

Любимое лицо склонилось над ней, и Софья ответила ему улыбкой.

— Здравствуй, — улыбнулся Ярослав, ласково проводя рукой по ее щеке.

— Здравствуй, — сказала она. Ярослав надел ей на палец кольцо, снова, как когда-то уже надевал в ее отчем доме.

— Потеряла? — спросил он весело, но в его глазах была такая темнота, что она с беспокойством сжала его руки в своих и поцеловала.

— Теперь ты уже не с нами, сестрица, а с людьми, — сказала ей Ульяна, которая второй подошла к ее ложу. — Мертвая вода исцелила твои члены, а живая вернула в мир людей.

— Благодари своего государя, царица, — шутливо сверкнула глазами Акулина. — Когда мы назвали ему путь к твоему спасению и показали твои бренные останки, он бросился за живой и мертвой водой как ястреб. А мы вытащили тебя из ямы, куда тебя закопали стрельцы, и принесли сюда. Все остальное он сам.

Софья знала, что пока недостаточно сильна, чтобы услышать даже то малое, чем Ярослав решит с ней поделиться из своих злоключений.

— А что Варвара? — спросила Софья с усталостью. На холод и ярость, которую она всегда в себе замечала, когда говорила о своей старой служанке, ее уже не хватало.

След всякой нежности как водой смыло с лица Ярослава, и он, задумчиво поглаживая плечо Софьи, ответил сурово:

— Ведьма в тюрьме.

Софья многое бы отдала, чтобы не продолжать этот разговор, но лучше разобраться с этой страшной раной как можно быстрее.

— Кто ее охраняет? — спросила она, и будто у них был один ум на двоих и любая ее мысль одновременно вспыхивала и в его голове. Он понял, и его тихая ярость причинила ей больше боли, чем Варварины стрельцы.

Русалки поплыли вперед и вызнали все, что могли о происходящем в Старгороде, но сведений было немного: крепость не пала, царя и царицу никто не видел, правили бояре и царица-мать.