Онлайн книга «Рассказы 14. Потёмки»
|
Катю до сих пор так никто и не нашел, наверное опять присосалась к какому-нибудь обеспеченному любителю дохлятины в стихах, а вот Борис и Надя… Теперь я видел их регулярно. Больше они не таились, не заигрывали. Приходили в больничную палату, стояли надо мной или садились на соседнюю койку. Плавно, синхронно, чуть ли не за ручки держась. Бормотали что-то бледными губами, но до меня не долетало ни слова. При жизни я ни разу не услышал их по-настоящему, с чего бы мне слышать их сейчас? Я успел привыкнуть к безмолвным гостям, принять их, как принял собранный по кускам позвоночник. – Это такой новый вид пытки – скукой? – спрашивал я. – Добейте или проваливайте. Неподвижные силуэты едва заметно выделялись во тьме, когда в палате выключали свет. – Знаете, в чем ваша ошибка? Вы позволили себе нуждаться в ком-то, кроме себя. Вот только не я сделал за вас этот выбор, слышите? Не я сделал вас слабыми, вы уже были никчемными кусками дерьма! Не я вас убил, гребаные вы неудачники, не я! Я хрипел, не в силах вытереть слюнявый подбородок, пока на шум не прибегала медсестра. Полгода невыносимой боли, лечебной физкультуры и въевшегося в кожу больничного запаха. Я держался, смеялся вечерами, глядя в лицо мертвым лузерам. – Вы настолько бездарны, что даже после смерти не можете довести дело до конца! Я дома. Мои пальцы еще слабы, но могут печатать, пусть и медленно. Отец принес мне ноутбук, нужна лишь гарнитура, и я смогу работать. Мой голос со мной, мой разум. Никаким призракам этого не отнять. В последние дни я все чаще слышу слабое тепло под ребрами. Оно растекается по телу сливочным маслом, касается ног. Я чувствую ноги! Призраки тоже здесь – стоят, наблюдают за моим отцом. – Дел у вас больше нету на том свете… – Я тоже слежу за метаниями старика по комнате. Он открывает шкафы, скидывает что-то из шмоток в черную сумку, что-то прямо на пол, гремит ящиками и достает документы, пересчитывает деньги, стянутые резинкой. Мои деньги. – Куда-то собрался? Он отвечает не сразу. Татьяна позвала его обратно, все простила, соскучилась… Точно, последнюю звали Татьяна! Русская эмигрантка, трижды удачно вышедшая замуж и трижды не менее удачно овдовевшая в солнечной Италии. – И как ты собираешься меня здесь оставить? Одного? Я даже не злюсь. Меня веселит этот разговор, будто я узнал знакомого в человеке, который последние двадцать дней был чужим. Ха, его хватило на двадцать дней, даже трех недель не прошло! Значит, все в порядке, его не подменили. Его фотография все еще на доске почета в преисподней. Старик путанно объясняет про мою бывшую, которая так удачно объявилась и согласилась приглядывать за немощным. Выдает сальную шутку о моем вкусе, но я не слушаю. Бывшая? Из прихожей доносится звонок, старик подхватывает сумку и идет открывать. Язык прилипает к небу, пальцы начинает покалывать. – Эй, погоди, – бормочу, запинаясь. – Не надо… пап! Впервые за все время я вижу улыбку на лицах призраков. Когда хлопает дверь, понимаю, что мы остались в квартире с Катей одни. Она осторожно проходит в комнату, даже обувь сняла. Надо же, какая вежливость. Мы молчим и пялимся друг на друга, потом Катя спрашивает, не хочу ли я поздороваться. – Может, еще чечетку станцевать? Она замечает, что я не изменился. – Что общего между мной и офисным работником? Я овощ только наполовину. |