Книга Рассказы 1. Темнота внутри, страница 13 – Александр Лебедев, Екатерина Годвер, Иван Русских, и др.

Если бы сам он знал своего отца — то что бы подумал, узнав такое? Смог бы дальше уважать?

Андрей криво усмехнулся.

К счастью или к сожалению, но благодаря тете Вале, которая очень старалась стать ему хорошей матерью, он вырос идеалистом. И не хотел бы воспитать из Даниила Прохорова того, кто ценит безопасность превыше всего. Пусть даже безопасность не только свою, но и, возможно — только возможно! — близких. «Как бы чего не вышло» — от таких рассуждений за версту несло гнилью. Иван надеялся на его помощь, и он должен был помочь.

— Я согласен, — сказал Андрей, как только Иван вернулся на кухню. — Где будем шаманить?

Тот, что в темноте оказался прав: день встречи настал.

— В подвале все нужное есть… Да оставь, там не ловит, только зарядку посадишь, — махнул рукой Иван, когда Андрей потянулся за мобильником. — Андрюха, не знаю, как тебя благодарить… — На осунувшемся лице застыла кривая, неловкая улыбка.

— Вот и не благодари, — отрезал Андрей. — Веди давай!

***

В подвале пол оказался выстлан досками: чтобы как в бараке когда-то. Но с потолка светила электрическая лампочка, а свечи были не из дешевого парафина: настоящие, восковые, ручной работы.

Час Иван рисовал на полу схему; бутылка португальского портвейна, которую он выпил за этот час, стоила десять стипендий.

— Видели бы мы эту картину двадцать лет назад… — пробормотал Андрей. — А видели бы — что с того?

Счастье приходило и уходило по воле слепого случая. Предел человеческих сил и удачи был ближе, чем хотелось бы думать. Одно лишь утешало: человек на то и назывался человеком, что через любой предел на полшага, но мог переступить; пойти против страха, против инстинкта, против самого себя.

Тварь из темноты Иван называл Шептарем, Андрей старался никак не называть: то, что не имело имени, как будто не существовало.

Иван проверил схему, положил в ее центр маленький черный камень и зажег свечи. Несмотря на все выпитое, сейчас он выглядел трезвым, как стеклышко.

— Ты уверен? — спросил он последний раз перед тем, как произнести заклятье.

— Уверен был капитан Титаника. — Андрей выключил свет и встал рядом с другом.

Вместе, как двадцать лет назад, они произнесли ненормальные, ломающие язык слова.

Но ничего не произошло.

— Вот так номер… Как думаешь, почему не сработало? — Андрей посмотрел на Ивана. О такой возможности они даже и не думали. Хотя сколько лет Андрей убеждал себя, что это все аномалия, ерунда, галлюцинации…

— Не знаю, — растерянно сказал Иван. — Давай еще раз все проверим.

Он подошел к лестнице наверх, щелкнул выключателем раз, другой — но свет не зажегся.

А потом темнота засмеялась.

***

Лена вжалась в кресло, глядя на аритмично подергивающуюся занавеску над закрытой форточкой.

Четыре часа прошло с тех пор, как свекровь и «батюшка» взяли их с Данькой в заложники. За это время они успели пообедать пельменями, попить чаю и как-то свыкнуться с происходящим, только свет Петр Ефимович зажигать не велел — сидели в темноте. Это было неуютно, однако тоже терпимо…

Пока темнота не зашлась зловещим трескучим смехом, как в фильме ужасов.

Через несколько секунд смех стих, но произведенный им эффект — остался.

Трясущийся Петр Ефимович крепко сжимал пистолет, тетя Валя с валидолом под языком металась по квартире, бормоча молитвы и разбрызгивая воду.