Книга Рассказы 1. Темнота внутри, страница 15 – Александр Лебедев, Екатерина Годвер, Иван Русских, и др.

— Ма, надо мобилку забрать, чтоб позвонить папе, — быстро зашептал он. — А тебя я тоже напугал, что ли? Ты разве не помнишь? Эти штуки мы вместе на Хэллоуин делали, с лесками и радиоуправлением… Круто вышло, да?

— Лучше, чем в кино! — соврала Лена, потому что была плохой матерью и просидела весь Хэллоуин в наушниках. — Забей на мобилку. Погнали отсюда, Спилберг!

Она осторожно — «не скрипни хоть раз в жизни!» — открыла входную дверь, затем так же осторожно притворила ее за собой, схватила сына в охапку и бросилась бежать вниз по лестнице.

К недоумевающим, но гостеприимным соседям — и к телефону.

Первым делом Лена набрала мужу, Андрей не отвечал. Она попробовала еще раз. Длинные гудки шли один за другим: девять, десять, одиннадцать…

Когда на другом конце наконец подняли трубку и незнакомый надтреснутый голос слабо сказал: «Я слушаю» — самообладание окончательно оставило ее, и она суматошно затараторила: «Кто вы? Позовите Андрея! Он в беде, за ним выехали вооруженные люди… Пожалуйста, помогите!»

***

В подвале было градусов десять, но Андрей обливался холодным потом. По правую руку клубилась по углам и растекалась лужицами на полу темнота; в те мгновения, когда ее очертания становились четче, ему очень хотелось закрыть глаза. Он бы, возможно, так и сделал, но по левую руку стояли два подонка с «Сайгой». Одной на двоих, но большего и не требовалось. У Ивана если и хранилось дома оружие, то где-то в сейфе, а здесь он мог разве что кинуть в незваных гостей мелком.

Колоритного вида бородачи в кожаных куртках поверх ряс появились почти сразу после того, как Тот, кто в темноте заговорил: просто вошли в дверь и, держа хозяина под прицелом, спустились по лестнице.

— Зрители… Я люблю, когда много зрителей, — шелестела темнота и смеялась.

— Делайте уже, что собирались! — Старший из двоих заметно нервничал.

— Мы вам нужны. А нам нужны гарантии безопасности наших семей, — уже в третий раз повторил Иван, в котором проснулся бизнесмен-переговорщик. — Мне нет смысла лечить жену, раз через пять минут вы ее застрелите как свидетеля. Если вы не дураки, то так и поступите. А вы не дураки, но и я не дурак.

— Да какие тебе гарантии?!

— Это я у вас спрашиваю, — вкрадчиво сказал Иван. — Предложите — и я подумаю.

— Да чтоб тебя!..

Переговоры третий раз зашли в тупик.

— Я мог бы подсказать, как правильно составить договор, — прошелестела темнота и облизнула Ивану носки ботинок. — Но это потребует платы.

Андрей смотрел в густую и черную, словно разлившаяся нефть, тьму и думал о красном заборе. Красивом кирпичном заборе, что не смог остановить ни подонков, которые вошли снаружи, ни тьму, которая появилась изнутри, не мог сдержать ни рвущихся изнутри дома криков, ни приходящих снаружи дурных вестей. Зачем он вообще был нужен? Во всем мире не было более нелепой вещи, чем этот забор!

Во всем мире не было более нелепого человека, чем Андрей Прохоров, зависший над пропастью между непостижимым злом и обыкновенной мразью с заряженным карабином, и вынужденный думать о заборах, чтобы не сойти с ума.

— Перед последним актом займите свои места, — со смешком сказал Тот, что в темноте. Свечи вокруг разгорелись ярче.

— Великий О-хон, Великий О-хон… — Молодой сектант благоговейно опустился на колени. Андрей при некотором везении смог бы его достать.