Книга Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья, страница 120 – Адриана Вайс

— А-ах! — я чуть не взрываюсь, сжав кулаки. — Говорите что хотите, но мы уверены в своем авторстве! Наши рецепты ни с кого не скопированы, в отличие от ваших!

Он скользит по мне презрительным взглядом:

— Уверены? Тогда давайте спросим у этих прохожих. Пусть попробуют ваши конфеты и мои. Что, если им покажется, что это ваши сладости украдены у меня? Что вы будете делать, если сравнение окажется не в вашу пользу?

Сердце моё бешено колотится, в горле пересыхает от злости. Этот кондитер не просто мошенник — он прохиндей, каких еще поискать! Одной своей выходкой не только лишил нас заработка, но и поставил в патовую ситуацию.

Пользуясь своим положением, он мастерски давит на наши самые чувствительные болевые точки. Доказать что-то публике будет непросто (если не сказать невозможно), ведь у кондитера уже наработанная репутация, а мы тут новенькие.

Сильви дрожащим голосом шипит:

— Хитрый жулик! Но мы вас выведем на чистую воду!

Тот фыркает:

— Ну-ну, удачи вам. А теперь, оставьте меня в покое и не мешайте торговать.

Люди вокруг в растерянности перешёптываются, у некоторых в глазах читается, что они склонны верить знакомому местному кондитеру, а не неизвестной приезжей. Кто-то, напротив, негодует: «Если это правда, надо призвать кондитера к ответу!». Правда, таких меньшинство. Да и те, кто есть пока ограничиваются одними только разговорами — о каких-то более решительных действиях речи даже не идет.

Я чувствую, что меня колотит изнутри. Несправедливость душит горло, а вокруг витает запах шоколадно-вишневого сиропа с пряностями — нашего сиропа! И это бьет больнее всего…

— Ну, что, мадам Шелби? — резко спрашивает Кальдури, нависая надо мнойи упирая руки в бока, — Что вы решили? И прошу не затягивать с ответом — в отличие от вас, мне еще работать и работать!

Меня бросает в жар от возмущения, а сердце сжимается от бессилия. Я оглядываюсь на сосредоточенного Кассия и понурую Сильви. Нужно что-то делать… вот только, что?

В голове бушуют мысли: «Нельзя же так отпускать этого наглого вора! Но и в его ловушку ни в коем случае нельзя угодить…»

Между тем, вариантов у нас и правда немного. Можно надеяться на влияние Кассия и вызывать стражу, уповая на их здравый смысл. Но если ничего не получится, мы рискуем влезть в затяжную тяжбу, потратив кучу драгоценного времени.

Но вместе с тем, я просто не могу стоять и смотреть на то, как все новые и новые посетители подходят к прилавку, готовые купить “его” вишневые сладости.

Жар распирает щёки. Кондитер стискивает губы, явно теряя терпение, а народ не сводит с нас любопытных взглядов.

Я в полной мере ощущаю, что любое сказанное мной сейчас слово может кардинальным образом всё изменить. Осталось только понять что такого я могу сказать, чтобы спасти наше положение.

Я лихорадочно копаюсь в памяти, выуживая оттуда все, что так или иначе могло бы помочь сейчас: мой прошлый опыт работы в цветочном магазине, мои первые кулинарные победы на кухне под радостные аплодисменты мамы, мозговой штурм, устроенный нами с Рафаэлем и Килианом перед тем, как мы решились делать сладости и продавать их на улицах города…

И в этот самый момент, мне в голову приходит идея!

— Хорошо, — говорю я и ощущаю, как от моих слов народ вокруг замирает, а кондитер прищуривается. — Вы правы. Нет никакого смысла спорить и кричать тут, обвиняя друг друга. Но я знаю, как нам разрешить этот спор.