Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 129 – Адриана Вайс, Мария Минц

— Итак? — я решаю взять быка за рога. — Господин Рокхарт, я вижу, что мое прошлое, связанное с Дракенхеймом, стало для вас проблемой. Но не могли бы вы объяснить в чем причина вашей… неприязни к моему бывшему мужу?

— Я надеялся, что это вы мне что-то расскажете, госпожа ректор, — обрывает он меня, и его голос снова холоден, как сталь. — А не я буду отвечать на ваши вопросы.

Я чувствую укол раздражения. Он опять играет в свои игры. Я развожу руками.

— Боюсь, тут я вам не помощник. Я сама ничего не понимаю. Все, что я знаю – это то, что между вами и Дракенхеймом какая-то вражда. И я, кажется, оказалась прямо между двух огней. Поэтому я была бы вам очень признательна, если бы вы прояснили ситуацию.

Я замолкаю.

Тишина в кабинете становится почти невыносимой. Я слышу, как бешено колотится мое собственное сердце.

Он испытывает меня, смотрит, не дрогну ли я, не отведу ли взгляд.

Я не отвожу.

Наконец, он с тяжелым вздохом откидывается на спинку кресла.

— Хорошо, — говорит Рокхарт. — Вы имеете право знать.

Он начинает рассказывать.

Когда Дракенхейм только открыл свою академию, она быстро стала популярной. И он был одним из лучших клиентов Рокхарта. Заказывал тренировочные зачарованные мечи для своих студентов. Сотнями.

— Но платить за них ему, видимо, не очень нравилось, — криво усмехается Эдгар. — И в один прекрасный день он пришел ко мне с «деловым предложением». Он предложил мне… продать ему технологию ковки и зачарования. Чтобы он мог сам производить мечи для своих нужд.

Я ошарашенно смотрю на него. Какая наглость! Это же как прийти к художнику и предложить купить его талант.

— Разумеется, я отказал, — на его губах появляется презрительная усмешка. — Я объяснил ему, что это не товар, который можно купить. Это – наследие. И оно не продается.

— Дайте угадаю, — догадываюсь я — Он обиделся?

— Он был в ярости, — поправляет меня Эдгар. — Его самолюбие было уязвлено. А потому, он решил, что если не может купить, то украдет. Дракенхейм предложил моим лучшим мастерам-рунологам,баснословные деньги. И они ушли к нему.

Я ахаю. Какая подлость!

— Но он просчитался, — на губах Эдгара впервые за весь разговор появляется тень усмешки. — Этот павлин не учел одного. Секрет наших клинков – не только в рунах. Он – в самом металле. У моей семьи есть свой, особый рецепт сплава, который делает сталь более восприимчивой к магии. Мои бывшие работники знали заклинания, но у них не было нужного «холста». Все, что у них получалось на обычном металле, – это жалкие, нестабильные поделки, которые разваливались после пары ударов. Так что, Дракенхейм потратил целое состояние, чтобы переманить моих людей, и в итоге остался ни с чем. Униженный и оскорбленный.

Я слушаю его, и пазл в моей голове складывается окончательно. По крайней мере, теперь я понимаю истоки этой вражды.

Но все-таки, какой же Дракенхейм мерзавец!

Он не просто хочет победить, он хочет унизить, растоптать, забрать чужое. Это у него, видимо, в крови. Он не остановится ни перед чем, чтобы получить то, что, по его мнению, принадлежит ему по праву. Так было с Эдгаром. Так было и со мной.

— И вот, — продолжает Эдгар, и его голос снова становится жестким, — после всего этого скандала, после многих лет тишины, вдруг появляетесь вы. Бывшая жена моего врага, которая, пользуясь случаем, лично присутствует на моих производствах. — Он смотрит на меня в упор. — Как по-вашему, я должен был на это реагировать?