Книга Кофейная Вдова. Сердце воеводы, страница 116 – Алиса Миро

Она усмехнулась в темноту.

Самое страшное было в том, что ей это нравилось.

Ей нравилось быть нужной. Нравилось, что её решения (повесить полынь, насыпать соль) — это вопрос жизни и смерти, а не лишний слайд в бессмысленной презентации.

Здесь всё было настоящим. Хлеб. Холод. Страх. Ответственность.

И этот дом… Он стал её крепостью. Не съемной квартирой, где нельзя вбить гвоздь, а местом, которое она защищает с кочергой в руках.

Она перевела взгляд на темное окно, где за мутной слюдой, оберегаемой пучком полыни, сгущалась синяя тьма.

— Глеб… — прошептала она одними губами.

Раньше она думала о нем как о герое романа. Красивом мужчине, статусе, защите.

Сейчас, после похода в церковь и разговора с Дьяком, она думала о нем иначе.

Где он сейчас? Мерзнет в шатре? Рубится с кем-то в степи? Знает ли он, что в его городе открылись врата в Навь?

— Если ты не вернешься, — подумала она зло, сжимая кулак, — я этот город удержу. На кофеине, на страхе, на лжи — но удержу. Для тебя. Или для себя.

Она чувствовала себя не принцессой, ждущей спасения, а… наместницей. Временно исполняющей обязанности Хозяйки, пока Хозяин занят войной.

И эта роль ей чертовски шла.

— Матушка, — тихо окликнул Ивашка, не поднимая головы от работы. — А сказкурасскажешь? Про те… железные птицы, что людей по небу возят?

Марина вздрогнула, возвращаясь из своих мыслей.

— Про Боинги? — она улыбнулась. — Нет, Вань. Сегодня не про птиц. Сегодня про другое.

Она встала, подошла к окну и еще раз проверила засов.

— Сегодня про то, как одна девочка попала в… Страну Чудес. И вместо того чтобы плакать, победила злую Ведьму.

— Страшная сказка? — с надеждой спросил Ивашка.

— Жизненная, — ответила Марина, задувая лишнюю свечу. — Спите. Завтра будет трудный день. Я чувствую.

Ветер за окнами не унимался. Он скребся в ставни, словно тысячи ледяных когтей проверяли на прочность железо от кузнеца Игната и траву от Афони.

Но в избе, после сытного ужина, было спокойно.

Марина подкинула в печь полено. Огонь благодарно загудел, отбрасывая на стены пляшущие тени.

— Ну, слушайте, — сказала она, усаживаясь поудобнее на лавке и поджимая ноги. — Расскажу я вам про девицу… пусть будет Маша.

Ивашка придвинулся ближе, подперев щеку кулаком. Дуняша замерла с иголкой в руках. Даже Афоня высунул нос из-под печки, пошевеливая усами.

— Жила эта Маша далеко-далеко, в краю, где дома строят до самого неба, из камня и стекла, — начала Марина, глядя на огонь. — И однажды налетела буря. Страшная, черная. Подхватила она Машин домик вместе с ней и песиком её верным…

— Как Афоня? — вставил Ивашка.

— Вроде того, — улыбнулась Марина. — Только тот песик говорить не умел. Унесла буря домик и бросила в чужой земле. Красивой, но страшной. Где звери говорят, а правит всем Великий Чародей.

— Воевода ихний? — уточнила Дуняша.

— Вроде того. И сказали люди той страны Маше: «Хочешь домой вернуться — иди к Чародею в Изумрудный Город. Только он один знает путь назад».

Марина сделала паузу, отпивая остывший сбитень.

— И пошла она. Дорога была длинная, вымощена желтым камнем. А по пути встретила она попутчиков. Первый был — Пугало огородное. Соломой набитое, на шесте висело.

Ивашка хихикнул.

— Дурак, поди?

— Он так думал, — кивнула Марина. — Думал, что ума у него нет, одна солома в голове. А на деле он хитрее всех оказался. Все загадки разгадывал.